— Сара, это Виктория. Лучшая в нашем бизнесе. Орлиный глаз и трезвый ум.
— Что это значит?
— Я убиваю людей, милая.
— Сара, это Виктория. Лучшая в нашем бизнесе. Орлиный глаз и трезвый ум.
— Что это значит?
— Я убиваю людей, милая.
— Я лохматая, — говорит мне Джульетта.
— Ты красивая, — говорю я ей.
— Это не взаимоисключающие понятия.
— Пришёл меня грохнуть?
— Я не хочу тебя грохнуть.
— Ещё как хочешь!
— С чего ты взял, что я хочу тебя грохнуть?
— В последнюю нашу встречу я пытался тебя грохнуть.
— Пустяки, дело житейское.
— Я читаю Атланта, и Кеттлер читает Атланта, и Люси! Это какая-то эпидемия! Все читают Атланта.
— А я вышиваю, — говорит она.
Его рост доходил до ста восьмидесяти пяти сантиметров, и с такой высоты ему легко и удобно было относиться к теще с некоторым пренебрежением.
Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»
Он так сел и сказал: «Нас немного...»
Пьян! Разве я на это жалуюсь когда-нибудь? Кабы пьян, это бы прелесть что такое — лучше бы и желать ничего нельзя. Я с этим добрым намерением ехал сюда, да с этим добрым намерением и на свете живу. Это цель моей жизни.