Вера Павлова. Вездесь

Другие цитаты по теме

нежности подкожный слой

ровный как загар нудиста

тихо-тихо чисто-чисто

разговаривать с тобой

на подстрочном языке

эхом эха тенью тени

в солнечном твоем сплетенье

спать как в пляжном гамаке

Можно я задам тебе вопрос,

который не должна задавать,

а ты ответишь ДА,

даже если это неправда?

— Нет

Я не представлял, что смогу когда-нибудь, в кого-нибудь влюбиться. Но, когда я думаю о тебе, мне больно. И я не могу больше выносить это. Все воспоминания, связанные с тобой, я не хочу хранить. Ты мне нравишься, но я не уверен, что смогу отпустить. Поэтому... откажись от меня ты.

Если у твоей соседки сломана нога, а у тебя только вывихнута лодыжка, твоя боль от этого меньше не станет.

Ни о чём я не думаю, мама... Потому что меня совершенно не интересует население Китая и деление клеток. Единственное, что меня волнует и от чего мне больно — это Кайл с Липучкой. Хочу чтобы им было так же больно, как и мне.

Да, в сущности, не всё ли равно, чем всё это закончится? Единственное, что было важно для него, как и для всякого живого существа, — это избавиться от невыносимых мук.

Не испытав боль, нельзя понять некоторых вещей.

С минуту в комнате стоит напряжённая тишина; затем от двери раздаётся звук, не поддающийся передаче с помощью алфавита — греческого или английского, не важно: что-то вроде «урргхх» или «арргхх», одновременно очень глубокого и более высокого тона; может показаться, что кому-то медленно режут горло или у кого-то выжигают душу; что чьё-то терпение выходит за пределы всяческого терпения, боль — за пределы нестерпимой боли. Звук раздаётся близко, но в то же время будто бы исходит из самых дальних глубин Вселенной, исторгнут из запредельной и в то же самое время глубочайшей внутренней сути одушевлённого существа, из самой сути его страдания.

Что-то совсем незначительное могло напомнить о долгих часах абстиненции, когда всё её нутро раздирала нестерпимая боль. Чтобы выжить, она причиняла себе острую телесную боль, готова была спустить с себя кожу, изобретая все новые раны, лишь бы отвлечься от мыслей о нём.

В мире нет ничего кроме боли и редких мгновений облегчения.