— Я все гадаю: почему ты родился без клешней?
— Ты смотришь на белую ворону семьи Даледа. Они были у отца и у обоих братьев. Знаменитый клан Даледа с клешнями. А я носил отцу пиво, так нервничал и дрожал, что все падало из рук. Он брюзжал: «Пять здоровых пальцев, а ты даже бутылку пива донести не можешь! Может мне их откусить по очереди?»
— Ничего себе... Стал фриком за то, что родился нормальным.
— Знаешь, по-моему, ты вбил себе в голову, что я тебя совсем не знаю... но у меня есть новости, я твой отец, я тебя воспитал и я тебя знаю.
— Первый раунд игры «Знаете ли вы своего сына?». Когда у меня День Рожденья?
— В феврале!
— Здорово, угадал одну букву.
Большинство семейных проблем возникает из-за того, что мы забыли свои роли. Мужчины забыли о том, как быть мужчинами, соответственно женщины забыли о том, как быть женщинами. Отсюда и возникает всё это двуличие в отношениях — мы просто забыли, что такое настоящая семья.
— Твой брат теперь в лучшем мире. Его страдания множились с каждым вздохом!
— Он страдал только из-за тебя!
— Знаешь, Тейт, в отличие от других моих детей, ты удостоился стольких даров! Почему же ты не можешь ими воспользоваться?! Просто улыбка или доброе слово открыли бы врата в рай.
— (Улыбаясь) Как бы сильно ты этого не хотела... Я никогда не буду твоим идеальным сыночком.
— Знаешь, почему я завела собаку, а не пса?
— Потому что суки держутся вместе?
— Потому что они куда преданнее и агрессивнее, когда дело касается защиты семьи.
Вероятно, все, бывающие у себя дома в семействе на каникулах, переживали такое же состояние: неделя — еще ничего, тебе рады и за тобою ухаживают; но переходишь этот предел, и пыл домашних остывает, в конце концов им становится все равно, существуешь ты или нет: с тобою начинают обращаться уже кое как.
Очевидно, есть что-то специально гибельное в условиях нашей семьи, какой-то arsenicum, мышьяк, в неё впрыснутый, что дорогое может превращаться в недорогое. Глупые уверяют: «Это от того, что надоедает человек человеку». Как бы не так! А я скажу: «Дорогое должно бы становиться с годами дороже, потому что с каждым днём крепнет привычка». Почему же старые бриллианты, картины и статуи, долженствовавшие бы «приесться глазу», не продают, не «спускают за бесценок, чтобы обменять на новенькое», а болезненно хранят и в старости любуются ими больше, чем в молодости. «Перемен» в библиотеках и коллекциях не любят. Так то — вещи: какова же привычка — к человеку! И когда его хотят сменить — значит и с самого начала «прилепления» («два в плоть едину») не было, а было простая лежалостъ рядом, механика соседства без тайны взаимоврастания.
— Я просто обычная монашка.
— Монашка, да. Но не обычная. В тебе есть кто-то еще. Такой как я, только падший.
За всю мою долгую жизнь, я пришёл к выводу, что мы навеки связаны с теми, кто с нами одной крови. И пусть мы не выбираем своих родных, связь с ними может стать великой силой. Или глубочайшим разочарованием.
Cлайд с цитатой