Это так непонятно, что я даже не могу понять, что именно я не понимаю!
— Значит, обо мне кто-то думал. И я его найду!
— ... чтобы сказать спасибо?
— Чтобы уволить! Никому не прощу взломанного компьютера. Даже Санте.
Это так непонятно, что я даже не могу понять, что именно я не понимаю!
— Значит, обо мне кто-то думал. И я его найду!
— ... чтобы сказать спасибо?
— Чтобы уволить! Никому не прощу взломанного компьютера. Даже Санте.
— Значит, обо мне кто-то думал. И я его найду!
— ... чтобы сказать спасибо?
— Чтобы уволить! Никому не прощу взломанного компьютера. Даже Санте.
— Пап, помнишь мою татуировку? Она не настоящая.
— Не настоящая?
— Да.
— Но я подумала, раз ты с ней смирился, теперь можно сделать настоящую!
— Да.
— Правда?
— Конечно.
— Серьёзно?
— Когда ад замёрзнет.
Разговор... оказался более трудным, чем она ожидала. Надо же, сколько сил отнимает у человека чужое непонимание!
Как трудно мне с тобою говорить с другого берега реки,
Ни слов не разобрать, ни разглядеть, что говорят твои глаза.
И под воду yходят дpyг за дpyгом пониманья остpовки,
Все дальше к гоpизонтy отстyпает отчyжденья полоса.
Я должен её отпустить. Она уже не вернётся. Слишком велико расстояние. На те горы, что выросли между нами, мне не взобраться.
Знаю, я не идеальный ребёнок, какого вы хотели... Но, раз вы так считаете, видимо, и вы сами не идеальные родители. Вы думайте, что я неправильный, потому что не считаете детей равными себе.
Кто подвергается нападкам со стороны своего времени, тот еще недостаточно опередил его или недостаточно отстал.
В глубине же души думал: единственный человек в мире, которого я так люблю, и тот меня не понимает. И от этого мне делалось грустно.