Вадим Мулерман — Лада

Под железный звон кольчуги,

Под железный звон кольчуги,

На коня верхом садясь,

Ярославне в час разлуки,

Ярославне в час разлуки,

Говорил, наверно, князь:

«Хмуриться не надо, Лада,

Хмуриться не надо, Лада.

Для меня твой смех — награда, Лада!

Даже если станешь бабушкой,

Всё равно ты будешь Ладушкой,

Для меня ты будешь Ладушкой, Лада!»

0.00

Другие цитаты по теме

Твои глаза — как два тумана,

Как два прыжка из темноты.

Каким путём, каким обманом,

В двадцатый век прокралась ты?

Наворожив лиху беду мне,

Возникла ты средь бела дня.

И понял я, что ты колдунья!

Тобою околдован я!

Всё решилось проще бы, проще бы, проще бы

Триста лет назад, иль даже может сто!

За одни глаза тебя сожгли б на площади,

Потому что это — колдовство!

А по камушкам, а по камушкам,

А по камушкам речка бежит.

В даль далёкую, к морю синему

Путь её беспокойный лежит.

А пока-пока-по камушкам,

А пока-пока-по камушкам,

По круглым камушкам река бежит.

Кто-нибудь утром проснётся сегодня и ахнет,

и удивится — как близко черёмухой пахнет,

пахнет влюблённостью, пахнет любовным признаньем,

жизнь впереди — как ещё не раскрытая книга.

Прекрасный облик в зеркале ты видишь,

И, если повторить не поспешишь

Свои черты, природу ты обидишь,

Благословенья женщину лишишь.

Какая смертная не будет рада

Отдать тебе нетронутую новь?

Или бессмертия тебе не надо, -

Так велика к себе твоя любовь?

Для материнских глаз ты — отраженье

Давно промчавшихся апрельских дней.

И ты найдешь под старость утешенье

В таких же окнах юности твоей.

Но, ограничив жизнь своей судьбою,

Ты сам умрешь, и образ твой — с тобою.

Споёмте, друзья,

Ведь завтра в поход

Уйдём в предрассветный туман.

Споём веселей,

Пусть нам подпоёт

Седой боевой капитан.

Прощай, любимый город,

Уходим завтра в море.

И ранней порой

Мелькнёт за кормой

Знакомый платок голубой.

— Разве самоубийство — это не грех?

— Что ещё один грех для грешника?

Ты не увидишь, где болит — это не видно.

Целая Вселенная внутри тобой не открыта.

Одиночество лучше, чем люди пустые.

Если уходят, значит не любили!

Дописав рассказ, я всегда чувствовал опустошённость, было грустно и радостно, как после любви в постели...

Где бы ты ни была, я всегда заставлю тебя улыбнуться.

Где бы ты ни была, я всегда на твоей стороне.

Что бы ты ни говорила, чувства, о которых ты думаешь,

Я обещаю тебе «навсегда» прямо сейчас.

Wherever you are, I always make you smile.

Wherever you are, I'm always by your side.

Whatever you say 君を思う気持ち,

I promise you «forever» right now.

Странно мы, наверное, смотрелись издалека: он в своем белоснежном камзоле — как вызов всему остальному миру. Дерзкий, непримиримый, гордый. И я рядом — почти сливающаяся с темнотой быстро наступающего вечера, тихо шелестящая черным подолом и мягко поблескивающая во мраке серебристой вышивкой, непривычно подчеркивающей белизну моей светлой кожи. Я специально не надела сегодня каблуки — не зная, чего ждать от приглашения ал-тара, решила примерить мягкие туфли на плоской подошве, поэтому не цокала сейчас, как подкованная лошадь, и не нарушала благоговейной тишины. Просто бесшумно скользила рядом, как привидение.