Ах, если бы завтра — лето!
Как жить без велосипеда?
Каша, кисель, котлета,
Конец урока, как маленькая победа.
Ах, если бы завтра — лето!
Как жить без велосипеда?
Каша, кисель, котлета,
Конец урока, как маленькая победа.
Мы вырастаем и смотрим на мир сверху вниз, а потом стареем и оглядываемся назад.
... но вы только представьте, каково это — быть ребенком! Позади у тебя совсем ничего нет, а все дни и все дороги ведут только вперед, только вверх, и ни одна возможность еще не упущена, ни один день не истрачен даром, и ни о чем пока не приходится жалеть. Все в мире для тебя ново, да и сам мир нов...
Однажды меня спросили, помню ли я тот день, когда Гитлер покончил с собой. А я даже не помню, что когда-то был ребёнком.
9:13.
Личная информация.
Когда я был маленьким, мать учила меня никогда не смотреть на солнце. Но в шесть лет я всё-таки это сделал.
И, встретившись с ними взглядом, Сашка всей кожей ощутила то, что до нее много раз понимали другие. Существу безразлично, что ее кто-то любит. И что она кого-то любит. И что у нее было детство, и она плескалась в море; и что у нее на старом вязаном свитере вышит олень. Много было таких, кем-то любимых, носивших в кармане ракушку или пуговицу, или черно-белую фотографию; никого не спасли ничьи воспоминания, никого не защитили слова и клятвы, и те, кого очень любили, умерли тоже.
Ты ехала в другое детство, где тебя уже не будут больше окружать смерть, одиночество и горе.
Как здорово и просто было в детстве: и друзей больше, и впечатлений, и радостей… И планы. Множество планов на время, под названием «когда-нибудь»…
Numbers and figures
Take up all my time...
How did this much of my life
Pass me by?
I miss the wonders of the younger
Пустота неистова во мне.
Понять меня не переубедить.
Прыжок мангуста, пусто, пусто...
Жить. Я боюсь так дальше жить. В ультралюстрах.
— Летим со мной туда, где ты никогда не станешь взрослой.
— Никогда – это очень долго.
Я ведь рос в еврейской семье в Бруклине, а там без шуток никуда. Там все друг друга стебут с детства.