В детстве мы верили, что мир полон чудес, мы верили в легенды, мифы, свою судьбу. Я помню этот миг, но я не хотела бы в нем оставаться..
— Я поняла, что нужно оставаться там, где твое место.
— А кто знает, где оно?..
В детстве мы верили, что мир полон чудес, мы верили в легенды, мифы, свою судьбу. Я помню этот миг, но я не хотела бы в нем оставаться..
— Мне не нужен твой совет, тетя Аста.
— Кхм.. Какой-то все-таки нужен... Я же помню себя в 19.
Как здорово и просто было в детстве: и друзей больше, и впечатлений, и радостей… И планы. Множество планов на время, под названием «когда-нибудь»…
В детстве моя тетка Бижуа говорила мне: «Будешь слишком долго глядеться в зеркало, увидишь в нем обезьяну». Но должно быть, я гляделся еще дольше — то, что я вижу в зеркале, куда ниже обезьяны, это нечто на грани растительного мира, на уровне полипов.
Я ведь рос в еврейской семье в Бруклине, а там без шуток никуда. Там все друг друга стебут с детства.
Мы никогда не любили бы так нашу землю, если б не провели на ней свое детство, если бы не видели каждую весну те же цветы, что когда-то собирали своими крохотными пальчиками, сидя на траве и что-то лепеча, те же ягоды осенью, на изгородях из шиповника и боярышника, тех же малиновок, которых мы когда-то звали «божьи птички», потому что они не причиняют вреда драгоценным посевам. Какая смена впечатлений может сравниться со сладостным однообразием того, что нам привычно и потому любо?
Все дети до пяти лет – полный караул. К примеру, ты в возрасте Грейси разговаривал с луной. Пригласил ее на свой день рождения, а потом плакал, потому что она не пришла.
Вы замечали, что особенно одиноким чувствуешь себя именно в знакомых с детства местах, куда возвращаешься с какими-то предчувствиями и ожиданиями необычного? А там уже все чужое…