— Итак... вы погружали лодки до этого, лейтенант? Я имею в виду, с успехом.
— У меня было более 300 погружений на тренажёре, сэр. 75 из них с сильными поперечными течениями.
— Уверен, вы набрали много очков Я не сомневаюсь. И всё же... Тренажёр — это не лодка. Никто ещё не слышал об отважной команде из распрекрасных тренажёров.
— Точно подмечено, сэр.
Результат эксперимента часто зависит от знаний, мастерства и цели того, кто этот опыт ставит. Лично я доверяю только Богу. И с годами всё меньше.
Для начала любой, самой простой практики нужно столько созидательной воли (не путать со способностью насиловать себя), сколько в одни руки не отпускают.
– Мы угробили самолёт.
– Я получила новый опыт.
– И по башке получили.
– Ты получил новый опыт, но это было в новинку для всех нас.
— Курс 170 Зюйд — вест. Цель вижу ясно!
— Огонь!
— Ну давай же, болван круглый, катись куда надо.
— Отличный выстрел, сэр.
— И какого хера? Мы так и будем рассекать тут, чтобы Вы могли в гольф поиграть?
Так что попытка помочь молодым не совершать ошибок своих родителей сродни попытке продать полушубок людям, парящимся в сауне.
— А давайте мы на вас опыты ставить будем!
— Зачем?
— Вам всего лишь двадцать семь лет, а вы уже профессор-практик, — открыла я страшную истину, сделав большие глаза. — Непорядок! Нужно исследовать…
Родственникам не обязательно нравится друг другу. Черт побери, большую часть времени мы друг друга ненавидим. Так, что же удерживает нас вместе? Общий опыт. Мы так чертовски много друг о друге знаем, что нам приходится доверять друг другу, хотим мы этого или нет.
Cлайд с цитатой