К счастью, в этом мире мы отвечаем лишь за свои грехи.
— Это моя работа.
— Да, ты изучаешь трупы, чтобы стать одним из них.
К счастью, в этом мире мы отвечаем лишь за свои грехи.
Можно копаться в прошлом, а можно... ценить настоящее, занимаясь более приятными вещами.
— Прости, но даже учитывая, что ты умер и ночевал в тюрьме — выглядишь хреново.
— Прости, Эйб, но могу тебя заверить, я каждый день так выгляжу. Хотя, может, это и есть хреново.
— Если искру стоит снова зажечь, кто я такой, чтобы гасить пламя?
— Абрахам, ты нарушаешь такой древний неписанный закон, что его даже прописывать не стали.
— В полицейских делах я доверяю чутью — оно меня еще никогда не подводило.
— А когда оно тебе помогло?
Если мужчина и женщина согрешили, пусть удаляются в пустыню и там любят или ненавидят друг друга. Надо заклеймить и того и другого. Если хотите, отметьте клеймом обоих, но нельзя же карать одну, оставив другому свободу. Нельзя, чтоб был один закон для мужчин, а другой для женщин.
Ад не был рассчитан на такое количество грешников и, если дело пойдет так и дальше, ему грозит перенаселение.