— А как же мой секс? На годовщину мы всегда занимались сексом!
— Пожалуйста, занимайся, только не буди меня.
— А как же мой секс? На годовщину мы всегда занимались сексом!
— Пожалуйста, занимайся, только не буди меня.
У животных матерей, поедающих своих детей, больше материнского инстинкта, чем у Даниель.
У всех есть причины переписывать для того, чтобы переписывать историю: иногда нам надо обеспечить себе алиби, иногда мы хотим обидеть того, кто обидел нас; а бывает, что мы хотим защитить себя от собственной глупости. Конечно, есть и такие, кто считает, что переписывать историю — это все равно, что врать. Но что такое, в конце концов, история? Как не набор лжи, с которой все согласны.
Я знала много разных мужчин, но никогда я не позволяла себе влюбляться. Я думала, это для того, чтобы избежать боли, но боль — это оказывается не самое страшное. Самое страшное — это ненависть!
— Честно говоря, Сьюзан, ты ведь не была в восторге, узнав, что они будут вместе жить?
— Ну да, я сперва расстроилась, но ведь Майк все равно бы кого-нибудь завел. И я считаю, что мне повезло, что этим кем-то оказалась моя настоящая подруга.
— Сьюзан, это мило.
— И достойно.
— И ненормально.
— ?!
— Эй, Габи, помнишь я была с Карлосом?
— Заткнись, сучка!
— Вот это нормально.
— Что происходит в этом квартале? Приехал какой-то грузовик, из него выходят какие-то страшные люди.
— Это школьный автобус, Рене. Это дети.
Мужчина вручил мне свою визитку только из-за моего бюста. Да-а, конечно, я не шлюха.
Да, каждому из нас порой нужна поддержка. Когда нам на великодушие отвечают жестокостью, когда нас терзают угрызения совести, когда наше будущее в тумане неопределенности, но есть среди нас такие, кому уже не помочь и которые уходя, оставляют за собой лишь руины.