Внезапных провалов в памяти он за собой вроде не замечал... точнее, никто ему о них не говорил... точнее, ничего подобного он не помнил...
Ольга Громыко
Cлайд с цитатой-... Нет замка — на за что и воевать.
— Так ведь и людей тоже нет!
— Значит, и некому. Ещё лучше. Сколько их ни дели — на две страны, четыре, двадцать, — всё равно найдут за что сцепиться. Одна веска на другую и то с вилами за задавленную телегой курицу пойдёт.
Ну вот, на корабле опять что-то происходит, а его не зовут, потому что не хотят «дергать по ерунде»! Но ведь помыться и поспать можно в любое время, а ерунду надо хватать, пока дают!
— Но тортик — это как-то мелко, — все-таки возразил пилот. — Хотя если засадить в него стриптизершу…
— Чтобы Дэнька ее пристрелил, когда она внезапно оттуда выскочит? — съязвила Полина. — И Станислав Федотович тоже, боюсь, не удержится.
— Да что он себе воображает?! Сам сплошной недостаток, а надо мной вечно издевается!
— Но он тебе все равно нравится.
— Еще чего!
— Того. Я же вижу, как ты на него смотришь.
— Никак я на него не смотрю!!!
— Во-во.
— Жар...
— Ы?
— А... как он на меня смотрит?
— У мужчин это по-другому.
— Чего?
— Там не глядеть, а щупать надо, — глубокомысленно пояснил вор.
Когда захочу, тогда и умру, без посторонней помощи — сначала завещание составлю, прощальную записку напишу, вымоюсь, переоденусь, да и вообще, может, еще десять раз передумаю.
— Любовь с девками крутить надо, а не с народом, — жёстко отрезал тсарь. — Он тебя всё равно не оценит, как ни извернись.
Мало свергнуть правителя — надо посадить на его место достойного. Или хотя бы законного.
Безликий, бездушный шрифт на экране уничтожает все очарование творчества. То ли дело рукопись: шелест бумаги, скрип ручки, каждая строчка – как уникальный рисунок!
Мадам думает, что сможет проскакать по этим колдобинам на своем задохлике? Мадам большая оптимистка? Ну-ну.
- « первая
- ‹ предыдущая
- …
- 26
- 27
- 28
- 29
- 30
- 31
- 32
- 33
- 34
- …
- следующая ›
- последняя »