Ольга Громыко

– А-а-а, за что мне эти муки?! – заголосила Полина, получив долгожданное развлечение. – Ну Дэ-э-энька! Отпусти меня! Я больше не бу-у-уду!

– Будешь, – уверенно возразил киборг, не сбавляя шага.

– Эй, ты свой детектор хоть когда-нибудь отключаешь?!

– Он отключен.

– Тогда почему ты мне не веришь?

– Потому что для этого надо отключить мозги.

Этим мужикам только одно и нужно! Женщинам, впрочем, тоже...

Добро просто не может не одержать победу.

Ибо никто и никогда не идёт в бой во имя зла, а кто-нибудь да победит.

Жутко — и безумно красиво — стоять наедине с чистой стихией, каждой частицей своего существа ощущая ее дикую, неукротимую мощь, для которой ты — всего лишь еще одна снежинка...

Иногда проще запомнить, чем понять.

Выкарабкавшись, я обнаружила, что Дар в позе «дедка-за-репку» держит убийцу за ногу. Репка брыкалась и сквернословила.

– Понимаете, Станислав Федотович, тут такая дурацкая история приключилась…

– Понимаю. С вами других и не бывает. Тридцать отжиманий.

– За что?! Я же еще ничего не рассказал!

– Так я еще и не рассердился. Просто хочу услышать максимально краткую и честную версию, а не ту, что ты успел сочинить.

Понимаешь, я раньше считала: меньше знаешь, лучше спишь. А тут вдруг подумала... ведь зрячие не жалуются, что видят дорогу под ногами. И если притвориться слепой, то ямы от этого никуда не денутся.

— Найдётся твой щурек, с корабля ему деваться некуда! Как он хоть выглядит? Предупрежу ребят, пусть высматривают.

— Серенький, в проплешинах, — благодарно зачастила Полина. — Уши большие и лысые, лапки кривые, глаза красные, раскосые, и между ними третий недоразвитый — теплочувствительный. Только скажите, чтобы они Мосю руками не хватали! Он кусается. И царапается. И вообще дикий, так что подзывать его, честно говоря, бесполезно.

— А зачем он тебе такой нужен? — поразился капитан.

— Ну как зачем?! — округлила глаза лаборантка — Он же лапочка!

Нож не станет чище от того, в чьей руке он зажат — врага или защитника. Да, лозе не обойтись без шипов, но кто их любит?