Ольга Громыко

— А вы умеете... летать? — задала я давно волнующий меня вопрос.

Боги не обделили табунщика чувством юмора.

— Смотря откуда прыгнуть.

— Ну, скажем, вон с той осины?

— Аршинов десять пролечу.

— По ветру или против?

— Поперек.

— Нет! Просто у центавриан на него зуб, нас три недели назад на Маяке такая же тарелка подрезала!

— Тогда почему у них на вас, а не у вас на них?

— Ну… мы их потом немножко погоняли, — смущенно признался Теодор.

За хвост ей меня поднимать удобно, а хамить нет!

Дожидаться возвращения Вениамина у Станислава не было сил, поэтому он прибег к помощи Михалыча – точнее, его ножовки по металлу, прекрасно взявшей и гипс.

Никогда не разговаривай с тем, кого собираешься убить. Особенно если боишься его до колик в желудке. Враг становится еще сильнее, а ты слабеешь.

Женщина подумает одно, скажет другое, сделает третье и обвинит тебя в четвёртом!

У горцев есть присловье: «Хороший день должен быть длинным, плохой — коротким». То есть если что-то не ладится, то надо пораньше лечь спать, а если дело само горит в руках, то не грех заработаться и до рассвета.

Ты прав, Мрак. Ты недостоин, и это лучшая отговорка. Никто не посмеет тебя переубеждать, ибо эта тема не подлежит обсуждению. Никто не сможет обвинить тебя в трусости, потому что ты уже вроде как сам себя обвиняешь, и добавить к этому нечего. Что ж, гхыр с тобой, поищем достойного. Эй! Достойные! Ау! А что, если никто не откликнется, а, Мрак? Покивают друг на друга, зажмурят глаза и, затаив дыхание, будут ждать Великого Героя, который совершит искомый подвиг одной левой. А когда откроют, вокруг окажется выжженная земля, запах падали и кружащее в небе воронье. Потому что кто-то менее достойный точно так же понадеялся на них...

— Ну ты и скоти-и-ина, — чуть ли не с восхищением протянул Жар: таких высот хамства и чёрной неблагодарности он себе даже представить не мог. — А в глаз?

— А в челюсть, в пах, в живот и добить ножом под ложечку?