Валентин Катаев. Алмазный мой венец

Поэзия – дочь воображения. А может быть, наоборот: воображение – дочь поэзии. Для меня, хотя и не признанного, но все же поэта, поэзией прежде всего было ее словесное выражение, то есть стихи. О, как много чужих стихов накопилось в моей памяти за всю мою долгую жизнь! Как я их любил! Это было похоже на то, что, как бы не имея собственных детей, я лелеял чужих.

0.00

Другие цитаты по теме

Лето умирает. Осень умирает. Зима – сама смерть. А весна постоянна. Она живет бесконечно в недрах вечно изменяющейся материи, только меняет свои формы.

Писатели восемнадцатого века — да и семнадцатого — были в основном повествователи. Девятнадцатый век украсил голые ветки повествования цветными изображениями.

Наш век — победа изображения над повествованием. Изображение присвоили себе таланты и гении, оставив повествование остальным.

Я ломаю строку, между тьмой разрываюсь и светом,

Мне вовек не избыть возвышающей душу мечты,

Что никто не дерзнёт прозываться поэтом,

Не постигнув величья дарованной нам красоты.

В голых рощах веял холод...

Ты светился меж сухих,

Мертвых листьев... Я был молод,

Я слагал свой первый стих -

И навек сроднился с чистой

Молодой моей душой

Влажно — свежий, водянистый,

Кисловатый запах твой!

Пускай меня сегодня не поют -

Я пел тогда, когда был край мой болен.

Свои стихи пишу с трудом,

Перевожу чужие.

А перевод — нелегкий труд.

Весь день чужие мысли прут

В мозги мои тугие.

— Стихи хорошие, но прочли вы их скверно.

— Вам видней...

— Еще бы.

— Правда, друзья утверждают, что я хорошо читаю.

— Они вам льстят. Вы читаете отвратительно.

Не хожен путь

И не прост подъем,

Но будь ты большим иль малым.

А только — вперед,

За бегущим днем,

Как за огненным валом,

За ним, за ним, -

Не тебе одному

Бедой грозит передышка, -

За валом огня.

И плотней к нему.

Сробел и отстал — крышка.

Такая служба твоя, поэт,

И весь ты в. ней без остатка.

Если б не было в мире зеркал,

Мир на много скучнее бы стал.

Если б не было в мире стихов,

Больше было бы слёз и грехов

И была бы, пожалуй, грустней

Невралгических этих дней

Кошки-мышкина беготня —

Если б не было в мире меня.

Хвала и хула обратились к поэту:

«Кто друг твой, кто враг твой — скажи по секрету».

«Вы обе — и это совсем не секрет -

Друзья и враги мне», — ответил поэт.