Война чревата тем, что кодекс чести победитель старается запихнуть в зад того, кто не успел унести его с поля брани.
Если мы не вернемся к истокам нравственности, нам вновь придется погрузиться во тьму безумия, ненависти и войны.
Война чревата тем, что кодекс чести победитель старается запихнуть в зад того, кто не успел унести его с поля брани.
Если мы не вернемся к истокам нравственности, нам вновь придется погрузиться во тьму безумия, ненависти и войны.
На одной стороне они двое — бедные, скромные незначительные люди, рядовые труженики, которых могут стереть с лица земли за одно единственное слово, на другой — фюрер, нацистская партия, весь этот огромный аппарат, мощный и внушительный, а за ним три четверти, какое там, четыре пятых немецкого народа.
Войну развязывают не народы, а правители. Не солдат надо винить, а того, кто тащит их на войну.
Я еще могу понять, когда кто-то боится борьбы и держится в стороне. Но когда ты делаешь вид, будто никакой войны и не было, я просто не нахожу слов.
— Как глупо. Ты собираешься отказатся от жизни, которую чудом сохранил на поле боя?
— Именно потому, что она так тяжело мне досталась, я обязан это сделать.