— Когда до вас доберутся, то...
— Нет, я ни при чём. И, вообще, меня здесь нет. Понимаете, я сейчас сижу за столом со своими друзьями, произношу красивые тосты. И, главное, ни на одну минуту не отлучаюсь.
— Когда до вас доберутся, то...
— Нет, я ни при чём. И, вообще, меня здесь нет. Понимаете, я сейчас сижу за столом со своими друзьями, произношу красивые тосты. И, главное, ни на одну минуту не отлучаюсь.
Я же не пустой! Во мне два кило! Что же я как беременная сука буду таскаться по городу, что ли? Нет, ты возьми, рассчитайся, а дальше — не моя забота! Люди мне дело доверили, ты понимаешь? Я должен приехать — и деньги на бочку! А иначе или под трактор, или в прорубь. Вот какие у меня тылы!
— До свидания!
— Сегодняшний день навеки останется в моей памяти.
— Только я прошу вас, никогда не вспоминайте о нём при работниках милиции.
— Предположительный вывод об авторе писем вас интересует?.. Все три письма напечатаны в спокойной домашней обстановке. Машинка «Москва», старая, давно не чистилась. Напечатано кое-как, непрофессионально, одним лицом. Лицо это женщина, молодая или средних лет.
— Блондинка или брюнетка?
— В официальном заключении я этого не напишу, но думаю, что брюнетка.
В чем разница: правят ли женщины, или должностные лица управляются женщинами? Результат получается один и тот же.
Развод!
Прощай, вялый секс раз в год!
Развод!
Никаких больше трезвых суббот!
Ты называла меня: «Жалкий, никчемный урод!»
Теперь наслаждайся свободой, ведь скоро развод.
Он Алексей, но... Николаич
Он Николаич, но не Лев,
Он граф, но, честь и стыд презрев,
На псарне стал Подлай Подлаич.