Человек подвинулся ближе к печке, словно боясь, что огонь, этот дар Прометея, вдруг исчезнет.
— Ну, кто же он?
— Не знаю. Не хотел разговаривать и ушел в себя, как улитка. Любопытнейший субьект.
Человек подвинулся ближе к печке, словно боясь, что огонь, этот дар Прометея, вдруг исчезнет.
— Ну, кто же он?
— Не знаю. Не хотел разговаривать и ушел в себя, как улитка. Любопытнейший субьект.
— Нет, Принс, здесь что-то кроется, помяни мое слово. Мы еще услышим о нем, если он останется в наших краях.
— А если нет?
— Тогда великодушию моему будет нанесен удар и плакали мои шестьдесят унций.
Города, эти царства буржуа, убьют вас. Чего стоит логово торгашей, где я вас встретил. Гнилые души – это еще мягко сказано. В такой среде нравственное здоровье не сохранишь. Она растлевает. Все они там растленные, мужчины и женщины, в каждом только и есть, что желудок, а интеллектуальные и духовные запросы у них как у моллюска.
— Кто это? Бог огня из какого-то мифа?
— Это? Это чудовище, появившееся много лет назад в Обществе Душ. Оно пришло, когда общество было в тяжёлом положении... и только усугубило его. Но оно больше не появится.
— А что будет, если оно всё-таки вернётся?
«Похоже... я больше не вернусь...»
Побежденные соперники, как и история любви, красной кровью написанная на снегу, были забыты.
Такова природа огня, выжигать за собой землю и не думать о том, что остается позади.