Коль вдруг муравьи сообща нападут,
Осилят и льва, как бы ни был он лют.
Если драгоценный камень упадет в грязь, он сохранит свою ценность, а если пыль поднимется к небесам, она по-прежнему останется ничтожной. Жаль, когда способности пропадают без поддержки, но пагубна поддержка неспособного.
Я знаю, нет у вольных птиц несбыточных надежд,
Они у пленных птиц, — тому виной темница, верь.
Прося у вельможи, жмут руку к груди, -
Пред богом я в памяти это храню.
Когда ж он низвержен, проситель его
Ему на чело свою ставит ступню.
– Мне надо встретиться с Рустамом.
Афанди вздохнул и хитро посмотрел на меня.
– А надо ли Рустаму встречаться с тобой?
Как же мне надоела эта восточная витиеватость! Неужели они и между собой, в быту, общаются именно так? «Жена, разогрела ли ты мне чурек?» – «О, мой муж, неужели горячие ласки не заменят тебе чурека?»
Нет ничего страшнее людей идейных, искренне верующих. Идейность, помноженная на необразованность, — нитроглецерин истории. И здесь я просто не могу не повторить Губермана:
Возглавляя партии и классы,
Лидеры вовек не брали в толк,
Что идея, брошенная в массы, -
Это девка, брошенная в полк...
Распространяясь на умы, сложная теория всегда редуцируется до примитивного лозунга. Профанируется. Собственно говоря, смысловая редукция — это плата за широту охвата. Теория полностью выхолащивается, атрофируется, зато миллионные армии сторонников готовы идти в бой. И проливаются кровь и слезы...
Cлайд с цитатой