Битва с аппетитами тела — интимная штука.
Не пугайтесь своей жажды. Если вы испугаетесь своей жажды, вы станете такими же простофилями, как все остальные.
Битва с аппетитами тела — интимная штука.
Не пугайтесь своей жажды. Если вы испугаетесь своей жажды, вы станете такими же простофилями, как все остальные.
Молли только что, обернувшись, бросила взгляд в сторону магазина и с глубоким вздохом произносит: «Такая милая женщина. Это несправедливо». Оливия... достает из сумки темные очки, надевает их и, сердито прищурив глаза, смотрит на Молли Коллинз, потому что та, как ей кажется, сказала ужасную глупость. Ведь это глупо — считать, как считают почти все, что то, что с человеком происходит, должно быть справедливо.
Сколько бы ни утверждали, что нельзя судить о книге по обложке, Оливия всегда считала, что лицо говорит о многом.
Меня не интересует феминистское движение за равноправие женщин. Я хочу, чтобы у нас был дом, я хочу стелить постели.
Очень многие врачи заставляют тебя чувствовать себя черт-те как, вроде ты всего-навсего толстый кусок мяса, движущийся на конвейерной ленте.
— Господи, — тихо сказал Кевин. — Неужели все всё всегда знают?
— О, разумеется, — утешила она. — Что же еще всем остается делать?