Я просто не понимаю, как эта боль может уйти?
Ты потерял человека и он не вернется.
А через четыре дня случайно на подушке находишь её волосы,
В ванной до сих пор зубная щетка, в телефонной книжке номер — бери да звони.
Только не существует уже того голоса.
Знаешь, выбором проторенных путей я никогда не отличался, в детстве всегда выбирал самые некрасивые игрушки, боясь того, что кроме меня их никто не полюбит.
Знаешь, они могут жить без тебя, значит и без меня обойдутся, а мне не нужно место в их новом «завтра», я стану тем, благодаря кому тебя никогда не забудут...
Одна так и живёт она и никому не дочь, и никому не сестра.
И как прежде, пьёт эту боль до дна, не понимая, в чем её вина.
– Шурик, ты помнишь, что «Фауст» – это в каком-то смысле наш первоисточник? – спросила Катька. – Вместо удовлетворения на склоне лет Фауст чувствует лишь душевную пустоту и боль от тщеты содеянного. Этим, Шурик, все сказано о так называемой любви. Слышать этого слова не могу, надо законом запретить его произносить.
Чжон Хун говорил мне, что не сожалеет. Ведь сердце бьётся лишь для одного единственного человека. И даже если это причиняет боль и ведёт к смерти, он не будет сожалеть, что был здесь. Когда я спросила, почему он не стёр воспоминания, узнав, что его поймали, он ответил, что был не в силах стереть все те прекрасные моменты, что у вас были. Он надеялся, что эти воспоминания останутся с его возлюбленной и придадут ей сил.
Боль...
Эти слова возвращаются к тебе,
И боль все увеличивается,
Нельзя исцелить,
Когда ты ранишь человека словами острыми как нож...
Я никогда не думала об этом.
Обидчику бывает тоже больно...
Не в моих правилах сдаваться, но, похоже, пришло время... Порой нам приходится принимать решения сквозь боль, чувствовать себя разбитыми и опустошенными, и поступать не так, как хочешь, а как нужно.
I've got those Monday blues
Straight through Sunday blues.
Good morning, heartache,
Here we go again.
Good morning, heartache,
You're the one who knew me when.
Might as well get used to you hanging around,
Good morning heartache,
Sit down.
Всё, что я могу — рисовать тебя вновь,
Нанося тату, чтобы чувствовать боль.
Всё, что можешь ты — лишь закрасить мой узор,
Рисовать других, чтобы причинять боль...
В который раз подтвердилось то, что лучше отрубить себе руку, чем увлечься человеком. Это не так больно.
Она не утихает. Боль. Раны засыхают, и ты не всегда чувствуешь, будто нож рассекает тебя на части. Но когда ты ожидаешь этого меньше всего, боль вспыхивает, чтобы напомнить, что ты никогда не будешь прежним.
Cлайд с цитатой