На ладони спелая малина,
На пороге лета середина.
Много или мало нам осталось
Этих золотых беспечных дней.
0.00
Время как будто летит, а не уходит,
А так хочется, чтоб не кончилось
Лето никогда.
Михаил Шуфутинский — Малина
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойВсё на свете перемелется, век сменится,
Пронесутся годы — словно с горки вниз.
Только ты, душа, суровой жизни пленница,
Из меня, как из темницы, смотришь ввысь.
Я календарь переверну
И снова третье сентября,
На фото я твоё взгляну
И снова третье сентября.
Но почему, но почему
Расстаться всё же нам пришлось,
Ведь было всё у нас всерьёз
Второго сентября.
Но почему, но почему
Расстаться всё же нам пришлось,
Ведь было всё у нас всерьёз
Второго сентября.
Душа болит, а сердце плачет,
А путь земной ещё пылит.
А тот, кто любит, слёз не прячет,
Ведь не напрасно душа болит.
Цыганка с картами, дорога дальняя,
Дорога дальняя, казенный дом.
Быть может, старая тюрьма центральная
Меня, парнишечку, по новой ждет.
Быть может, старая тюрьма центральная
Меня, парнишечку, по новой ждет.
Таганка! Все ночи, полные огня!
Таганка! Зачем сгубила ты меня?
Таганка! Я твой бессменный арестант,
Погибли юность и талант
В твоих стенах...
Каково это — быть отверженным? Быть наказанным не за преступление, а за потенциальную возможность его совершить?
И так до скончания века — убийство будет порождать убийство, и всё во имя права и чести и мира, пока боги не устанут от крови и не создадут породу людей, которые научатся наконец понимать друг друга.
Я изнемог, и смутно реет
В пустой груди язык чудес…
Я, отрок вечера, вознес
Твой факел ночь, и он чуть тлеет,
Страдальца взор смешно пленяет
Мои усталые глаза. -
Понять могу ли, егоза,
Что уголь не светя сгорает;
Я зачарованный, сокрытый
Я безглагольно завершён, -
Как труп в непобедимый лен, -
Как плод лучом луны облитый.
Я, ни юродивый ни льстивый,
Смыкаю перед тьмою взор
И, подходя к подошвам гор,
Хочу обуться торопливо.
Рагнара всегда любили больше меня. Мой отец. И моя мать. А после и Лагерта. Почему было мне не захотеть предать его? Почему было мне не захотеть крикнуть ему: «Посмотри, я тоже живой!» Быть живым — ничто. Неважно, что я делаю. Рагнар — мой отец, и моя мать, он Лагерта, он Сигги. Он — всё, что я не могу сделать, всё, чем я не могу стать. Я люблю его. Он мой брат. Он вернул мне меня. Но я так зол! Почему я так зол?
Висит на стенке у меня на гвоздике, как встарь,
Напоминая детства дни, бумажный календарь.
Страниц оторванных листки не вклеить в жизнь назад…
Так много черных чисел в них, так мало красных дат.