Начнем с нелепого — докопаемся до сути.
Величайшая иллюзия в этом мире — это иллюзия разобщенности. Внешние различия — лишь видимость, суть вещей одна и та же...
Начнем с нелепого — докопаемся до сути.
Величайшая иллюзия в этом мире — это иллюзия разобщенности. Внешние различия — лишь видимость, суть вещей одна и та же...
— Простите, где тут умирающие, не подскажите? Здесь у вас в основном лежат больные или раненые, это конечно здорово, но поймите правильно, они поправятся, и мне это не поможет. Нельзя, нельзя как-нибудь взглянуть на тех, кто уже не поправится?
— Простите?
— Хочу увидеть, если это возможно, тех, кто обречен, знаете, подлинных смертников.
— Прошу прощения, вы на что-то жалуетесь?
— Да, на творческий ступор!
Наша память является окончательным доказательством реальности в большей мере, чем сумма ощущений.
Маленькая деточка, ваша искренность и честность сделали меня вашим другом; имейте в виду, это встречается реже, чем возлюбленный; во всяком случае, друг менее эгоистичен.
Смешно зерно, что жалуется на дурную землю, которая вырастила его салатом, а не кедром. Оно было зерном салата.
Мы, женщины, унаследовали любопытство от нашей прародительницы. От Евы. Оно сидит у нас в генах. Зачем сопротивляться собственной сути?
Если человек имеет возможность рассуждать, и может созерцать солнце, луну и звезды, и наслаждаться дарами земли и моря — он не одинок и не беспомощен.