Семья — это вовсе не список, кто кого родил.
Мой старик говорил: «Виски убивает печень, но всё равно это лекарство».
Семья — это вовсе не список, кто кого родил.
Если у Сэма с Дином выпадал свободный денёк, а то и неделя, они коротали время, пытаясь раздобыть деньжат. Сэм считал, что зарабатывать нужно честно, но потом начал жульничать наравне с братом. Они могли делать, что хотели. Проехать полторы тысячи километров, чтобы попасть на концерт Оззи. Или гнать два дня, чтобы посмотреть матч Ястребов. А если выдавалась безоблачная ночь, они останавливались где-нибудь в уединённом месте, садились на капот и молча смотрели на звёзды, часами наслаждаясь тишиной. Им никогда не приходило в голову, что хотя частенько они не имели крыши над головой, у них всегда был настоящий дом.
— Патроны ещё есть?
— Да навалом! Только надо пробраться в фургон, где мы их оставили!
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я был сыном. И братом, как и ты. Младшим братом. Я очень любил своего старшего брата, практически боготворил. И как-то я пришёл к нему, и умолял встать на мою сторону. А Михаил отвернулся от меня, назвал выродком, монстром и в ад изверг меня. И всё лишь потому что я был другим, я жил своим умом.
— Пару лет назад умер мой муж, а сын вечно подсовывает брошурки с рекламой домов престарелых, куда отправляют стариков дожидаться смерти подальше с глаз долой.
— И вы его ненавидите.
— Ну, немножко. Иногда. Но, сама понимаешь, семья. Даже когда ненавидишь, ты всё равно их любишь.