Фёдор Углов

В 1912 году к академику И. П. Павлову обратились винные промышленники, которым необходимо было «научно» доказать, что употребление «умеренных» доз алкоголя – явление нормальное, что, например, чайный стакан сорокаградусной водки совершенно безвреден при ежедневном употреблении, но больше пить не желательно. К академику они обратились с просьбой проконсультировать проект создания лаборатории или института, которые призваны будут открыть безвредные дозы винопития.

Академик И. П. Павлов ответил гневным письмом-отповедью: «Институт, ставящий себе непременной целью открыть безвредное употребление алкоголя, по справедливости, не имеет права именоваться или считаться научным … А потому, кажется, что все те, кому дороги государственные средства, здоровье населения и достоинство русской науки, имеют обязанность поднять свой голос против учреждения института такого названия». Подобный же отзыв об этой затее дал и профессор А. Введенский. В результате Государственная Дума отвергла данный проект.

0.00

Другие цитаты по теме

После первого стакана видишь вещи в розовом, после второго — в искажённом, а потом уже — в истинном свете, и это — самое страшное, что может быть.

После первого стакана видишь вещи в розовом, после второго — в искажённом, а потом уже — в истинном свете, и это — самое страшное, что может быть.

Институт, ставящий себе непременной целью открыть безвредное употребление алкоголя, по справедливости, не имеет права именоваться или считаться научным … А потому, кажется, что все те, кому дороги государственные средства, здоровье населения и достоинство русской науки, имеют обязанность поднять свой голос против учреждения института такого названия.

Если вы пьете, чтобы забыть Изольду, это не во благо. Воспоминания о ней нужно беречь, а не оставлять в эле и меж грудей.

Не будь я деревенским пастырем, стал бы деревенским пьяницей.

Истина и справедливость требуют уравновешенности, и тем не менее они всегда на стороне жестоких.

Все на свете, чтобы стать истиной, должно сделаться религией.

Я пил годами,

часы измерял глотками,

дни — литрами.

И сбился, А

выстоял у замеса, Б

швартанул в ногу

в открытые двери трамвая,

выходил как в обертке — в куртке,

просыпался, глаза открывая, и

вот оно.

Когда мы охотились в Африке, мы потеряли штопор и несколько дней жили только на воде и еде.

Когда первоначальные результаты дедукции стали пункт за пунктом подтверждаться целым рядом не связанных между собой фактов, тогда субъективное ощущение стало объективной истиной.