Что опьяняет сильнее вина?
Женщины, лошади, власть и война.
(Великие вещи, все, как одна:
Женщины, Лошади, Власть и Война.)
Что опьяняет сильнее вина?
Женщины, лошади, власть и война.
(Великие вещи, все, как одна:
Женщины, Лошади, Власть и Война.)
Мужчина, долго находящийся на войне, довольно скоро начинает понимать, что всё лучшее, истинно ценное в жизни связано с женщинами, и, может быть, худшая из мерзостей войны заключается в том, что там нет места прекрасному полу.
Женщины могут быть сильными, умными, яркими. Они могут рваться во власть, получить ее и даже успешно с ней справляться. Но ради них же самих – не стоит давать женщинам в руки эту опасную игрушку. Она яркая и красивая, но это всего лишь чешуйки на ядовитой змее.
She rides with half a dozen men,
[She calls them «boys» and «mashers»]
I trot along the Mall alone;
My prettiest frocks and sashes
Don’t help to fill my programme-card,
And vainly I repine
From ten to two A.M. Ah me!
Would I were forty-nine!
Самая глупая женщина может сладить с умным мужчиной, а с дураком — только лишь самая умная.
Все войны совершаются ради денег, власти. Потому такие романтические забавы, как месть, практичными людьми не принимаются во внимание.
— Что дает женщине власть? Я имею в виду, власть самой выбирать свою дорогу в жизни.
— Если ты не родилась в благородной семье, то тебе требуется красота. Но с такой внешностью ты не сможешь продвинуться. Тебе остается только одно — знания.
— Зато мы кое-что узнали об орионцах.
— Да. Ими правят женщины!
— Значит, даже у самых неприятных видов есть хорошие качества.
Тут воюют не хорошие с плохими, тут бьются за власть, а такие войны, однажды начавшись, долго не кончаются.
— Борьба за власть, это по сути — борьба за женщину. А подчинение подданных властителям зиждется...
— На страхе!
— Отчасти... Но в не меньшей степени — на любви. В самом сексуальном смысле этого слова. Заставьте массы вас хотеть и они изменят для вас наклон земной оси.