Нил Гейман. Американские боги

Другие цитаты по теме

– «Никого не зови счастливым, пока он не умер». Геродот.

– А я вот жив, и именно поэтому счастлив, как моллюск.

– Геродот не о том говорил, что мертвые счастливы. Он имел в виду, что о жизни человека нельзя судить, пока он не проживет ее до конца.

Знаете, я, пожалуй, предпочитаю быть человеком, а не богом. Нам не нужен никто, кто верил бы в нас. Что бы ни случилось, для нас жизнь продолжается.

Есть истории, которые, если мы откроем им свое сердце, ранят слишком глубоко.

— Как это лучше объяснить... Иногда на меня обрушивается такая тоска, такая беспомощность — будто разваливается вся конструкция мира: правила, устои, ориентиры — раз! — и перестают существовать. Рвутся узы земного притяжения, и мою одинокую фигуру уносит во мрак космического пространства. А я даже не знаю, куда лечу.

— Как потерявшийся спутник?

— Да, пожалуй.

«Ни один человек не остров», — провозгласил Донн, но ошибся. Не будь мы острова, мы бы потерялись, утонули в чужом горе. Мы изолированы (будто каждый на своем острове) от чужих трагедий в силу своей островной природы и в силу повторяемости канвы и сути историй. Костяк их не меняется: человек родился, жил, а потом по той или иной причине умер. Вот и все. Подробности можете добавить из пережитого вами. История неоригинальная, как любая другая, уникальная, как любая жизнь. Жизни — что снежинки: складываются в орнамент, какой мы уже видели прежде. Они столь же похожи друг на друга, как горошины в стручке (вы когда нибудь видели горошины в стручке? Я хочу сказать, когда нибудь внимательно на них смотрели? Если присмотритесь, вам потом ни за что не спутать одну с Другой), и все равно уникальны.

Пусть страшен путь мой, пусть опасен,

Ещё страшнее путь тоски...

Перебирая воспоминания, боюсь наткнуться на такие, от которых на меня накатывает тоска.

Sí me haces falta

Tú me haces falta

Sí te recuerdo, te extraño,

te siento en el alma

Sí me haces falta

Tú me haces falta

Sí me arrepiento, me odio, estoy desesperada.

(Spanish)

Нигде нет вечно светлых дней,

Везде тоска, везде истома,

И жизнь для памяти моей -

Листки истертого альбома.

Разгул — с отравленным вином,

Любовь — с поддельными цветами,

Веселье — с золотым ярмом,

И лесть — с змеиными устами...

Все люди творят одно и то же. Им может казаться, что они грешат неповторимо, но по большей части в их мелких пакостях нет ничего оригинального.