Я люблю кровавый бой,
Я рожден для службы царской.
Сабля, водка, конь гусарский -
С вами век мой золотой.
Я люблю кровавый бой,
Я рожден для службы царской,
Я люблю кровавый бой.
За тебя на чёрта рад,
Наша матушка Россия,
Пусть французы удалые
К нам пожалуют... Хо-хо!
За тебя на чёрта рад,
Наша матушка Россия,
За тебя на чёрта рад.
— А вы тоже что ль партизаны?... Благодарю за службу, мужики! Не пожалеем живота своего за Россию-матушку! А?
— Вона как!
— Урраа!
— Уря-уря... [мужики вразнобой]
А ведь жизнь — такая яркая, сверкающая, пестрая... как вспорхнувшая из прибрежных кустов иволга... Вот бы вернуть это острое, сладостное чувство! Вот бы научиться так жить — как летать!
Если я тебе дорога, если ты меня любишь, подожди два года и в этот самый день приходи к дому у озера… Я буду здесь.
Поэзия либо что-то говорит вам с первого раза, либо не говорит ничего. Проблеск откровения, проблеск отклика на него. Это как молния. Как приход влюблённости.
Я не из тех, которым любы
Одни лишь глазки, щечки, губы,
И не из тех я, чья мечта
Одной души лишь красота;
Их жжет огонь любви: ему бы
Лишь топлива! Их страсть проста.
Зачем же их со мной равнять?
Пусть мне взаимности не знать
Я страсти суть хочу понять!
Расположение вещей
На плоскости стола,
И преломление лучей,
И синий лед стекла.
Сюда — цветы, тюльпан и мак,
Бокал с вином — туда.
«Скажи, ты счастлив?» — «Нет». — «А так?»
«Почти». — «А так?» — «О да!»
Всё меньше о себе — всё чаще обо всём -
о чёрных тополях, о врёмени, о снеге,
о том, как три звезды сверкают за окном,
как, тяжело дымясь, охладевают реки.
Всё больше обо всём. О схожести судеб,
Всё реже о своей недостижимой цели.
Как мало надо нам — огонь, вода и хлеб,
да воздуха глоток, да чтобы птицы пели...
«Покажи мне Бога», — сказал некогда атеист христианскому мудрецу Феофилу Александрийскому. «Прежде покажи мне человека в себе, способного увидеть Бога», – ответил Феофил Александрийский.
Cлайд с цитатой