Все мне доверяют, считают меня героем, а я даже не знаю, как им быть. Если б я мог им стать. Может, сначала нужно захотеть им быть.
— Представь, как бы все изменилось, если бы вы стали друзьями.
— У меня не такое богатое воображение.
Все мне доверяют, считают меня героем, а я даже не знаю, как им быть. Если б я мог им стать. Может, сначала нужно захотеть им быть.
— Представь, как бы все изменилось, если бы вы стали друзьями.
— У меня не такое богатое воображение.
Хочется счастья — в любви, словно птица, лететь,
крылья расправить, взаимностью сердце наполнить.
Только вот, видишь ли, мало чего-то хотеть.
Надо ещё, чтоб другой отзывался исполнить.
Надо ещё, чтоб желанье другого в ответ
тоже к тебе устремилось, но в этом и шутка:
если в другом ни любви, ни желания нет,
как ни хоти, бесполезно протягивать руку.
Ты подставил меня, сынок. Не спрашивая у меня, не посоветовавшись со мной... Ты растоптал меня и прошел. Только мой враг мог поступить так со мной. Оставляя меня одного, ни во что не ставя меня, ты становишься моим соперником?!
Нет ничего плохого в том, что у тебя есть желания. Или это тоже считается грехом перед обществом?