– А вот и она – моя Родина.
– Па, бабушка жила в Чикаго.
– Заткнись, Рас.
– Послушайте, у меня предложение. Давайте возьмём карту и сверим по ней наше расписание. Самолёт летит из Чикаго в Лондон.
– Пап, это Мадрид!
– Ты прав. Это, должно быть, одна из средневековых карт.
– Точно.
– Отличный путеводитель. Здесь указано всё с точностью до минуты и мы ничего не пропустим.
– Кларк, забудем о программе и будем путешествовать спонтанно, как нормальные люди.
– Мы не нормальные люди. Мы Грисвулды!
Таргитай брел сосредоточенный, глубокие складки избороздили лоб. Чувствовал, что у него наступил один из редких моментов мышления, лицо стало отрешенное и просветленное.
— Все таки упыри живут только в своих гадостных для нас вонючих болотах, — произнес он задумчиво. — Мне кажется, я знаю почему!
— Почему? — вскрикнули все трое.
— Есть такое великое слово — родина!
Ради Родины Шуренберг был готов пойти на все. Ключевыми здесь были слова «пойти» и «на». Слова «лечь» и «под» были исключены из лексикона разведчика.
Я родился в виноградной республике, и уже из одного этого можно сделать вывод, что Родина щедро поила меня не только берёзовым соком.
— Это Бенедикт взял вас в «Хоббит», или это вы взяли его в «Хоббит», или это вы оба просто там оказались?
— Мысль о том, что он взял меня в «Хоббите», заставляет меня желать смерти каждого в этой комнате.
— Глухо! *бьётся головой о стол* Ноль идей! Дрянная, тупая башка!
— Да уж... Творческий закат в 14. Печально.
Cлайд с цитатой