— Я думаю — нам лучше разделиться.
— Хорошая идея.
— Да, так мы причиним больше ущерба.
— Я думаю — нам лучше разделиться.
— Хорошая идея.
— Да, так мы причиним больше ущерба.
— Доктор Венкман, скажите пожалуйста суду, зачем вам и вашим подельникам понадобилось копать такую большую яму в самом центре Первой Авеню?
— Там столько ям... и мы думали, что нашу никто не заметит.
Быть несчастным идиотом, обращаться с людьми, как с грязью — Богом данное право каждого нью-йоркца!
Расслабьтесь, я нашёл нам автомобиль. В нём только не работает двигатель, коробка передач, тормоза и рулевое управление, ржавые рессоры и кузов, но в остальном прекрасная машина.
— Острые козырьки неуправляемые.
— Совершенно неуправляемые — пришли по каналу и распространились как триппер.
— Я хочу искупаться. Можно?
— Давай.
— Отвернитесь, пожалуйста!
— Ну ладно, я не брезгливый.
— Вас на эротику потянуло?
— Да видел я тебя — нет там никакой эротики... Давай ныряй, скромница.
Охваченный диким страхом я весь погряз в грабеже,
Краду я с таким размахом, что даже стыдно уже.
Вот раньше я крал осторожно, а щас обнаглел совсем,
И не заметить уже невозможно моих двух ходовых схем,
В стране объявлена, вроде,
Борьба с такими как я,
Но я еще на свободе,
И здесь же мои друзья.
Палач не знает роздыха!..
Но всё же, чёрт возьми,
Работа-то на воздухе,
Работа-то с людьми.