За Ситрика, Этельфледу и юного Утреда, да вернутся они в целости! Если к их приходу останется эль, то выйдет, что не ревностно мы за них пили!
За алкоголь! Причину и решение всех проблем.
За Ситрика, Этельфледу и юного Утреда, да вернутся они в целости! Если к их приходу останется эль, то выйдет, что не ревностно мы за них пили!
— Был собран временный совет. Вызываются преступники.
— Какой еще временный совет?
— Собрали всех, кто под руку попался.
— Судьбе угодно, чтобы мы бились за саксов.
— Да, это все судьба устроила, Утред здесь не причем.
— Я битв не ищу, они сами ко мне приходят.
Поднимем этот бокал за конец подпольного кафе Толстяка Мо! Кто же захочет пить, когда это узаконено?!
— Я умру, милорд? Я этого не боюсь...
— А я тебе запрещаю!
— Посмеешь умереть, монах, я сам тебя прикончу!
— Утред воитель и отец. Он не смог защитить тебя, это его и мучает.
— Это снедает воина, но не отца. Потому что он никогда им не был.
— Потому что его не было рядом? Знаешь, в скольких битвах он дрался? Сколько раз он отдавал свой меч и силы христианским королям, пренебрегая своими мечтами? Я встретил твоего отца рабом, когда у нас не было ничего! Подумай, чего лишился ты и чем, по сравнению с этим, пожертвовал он. Он сражается за Беббанбург только ради тебя! Чтобы дать наследие, которого он был лишен. Клянусь тебе, он великий муж и его кровь течет в твоих жилах. Тебе следует гордится, что ты с ним.
— Вид будто из могилы.
— Это не наша судьба, клянусь тебе.
— Думаешь, эти гады станут рыть тебе яму? Просто вышвырнут за борт, с остальным мусором.
— Поверь мне, Финан, будет гораздо хуже, если меня выбросят за борт живым — я не умею плавать.
— Сразишься, Хэстин, и потеряешь воинов.
— У меня много воинов.
— А жизнь одна! И я намерен отнять ее.