— Кому-то тут нужен спаситель?
— Нет... Хотя, да. Нам он нужен.
— Кому-то тут нужен спаситель?
— Нет... Хотя, да. Нам он нужен.
— Сенсоры показывают сбой в энергосистеме на третьей палубе. Всё в порядке?
— Да... Это я сглупил: хотел сэкономить время — и рванул через астероиды.
— Мы доставим пленницу в тюремный центр Вартекса, примерно, через два часа.
— Тогда лучше выводите её из криосна. Чем быстрее вы передадите её стражам, тем лучше.
— Оу! Волнуешься за нас?
— Вендра Прог — не чета обычным преступникам. Она холодная... и пустая. Я таких ещё не видела. Обещай, что без Кронка и Зефера ты к ней не сунешься, ладно?
— Мы сейчас с ними свяжемся. У меня всё под контролем, Тал. Не парься.
— Рэтчет, ты там?
— Я не выйду.
— Ты не можешь сидеть там всю жизнь.
— Нет, могу... Зря мы оставили их [Кронк и Зефер] одних с близнецами. Надо было сказать, чтобы эвакуировались.
— Не надо думать о том, что могло бы быть. Некоторые вещи нам неподвластны. Хочешь, я ей [Талвин] скажу?
— Нет. Я сам.
— Неплохо устроились эти Проги...
— Да уж... Скажи, что именно ты ищешь?
— Гида из Музея Межгалактической Истории. Мы с Вендрой украли его, когда узнали, что Измеренитель там.
— Мы должны своровать Измеренитель?
— Своровать, умыкнуть — называй как хочешь. Ну, да — это кража. Но только это устройство может отправить «пустяков» восвояси.
— А ты сам не можешь?
— Сам посмотри. Проворным меня никак не назовёшь. Просто принеси мне артефакт, я его починю — и вуаля: мы спасём сестру и выдворим «пустяков».
— Зачем тебе это, Нефтин? Ведра же тебя вечно гнобит.
— Эх... Она раньше была другой. Она просто злится. Тебе знакомо чувство, когда хочешь чего-то сильнее всего на свете?
— Да. Но если мы тебе поможем, ты должен будешь сдаться. Кронк и Зефер были моими друзьями. Ты должен ответить за то, что сделал. Или спасай свою сестру сам.
— Ладно.
— Это Измеренитель?
— Ага.
— Полагаю, он больше не работает?
— Неа.
[Рэтчет пинком показывает, что устройство окончательно сломано.]
— Ха! Ха-ха-ха! Ну и не везёт же мне! Ха-ха-ха!
— Прости. Ты бы им воспользовался, если бы он работал?
— Чтобы найти остальных ломбаксов? Не знаю. Когда-то я сказал бы «да». Но теперь моя жизнь здесь, а не там. Пойдём, а то она [Талвин] ждёт.
— Мне так жаль Кронка и Зефера. Они были настоящими героями.
— Спасибо, Кварк. Я...
— Друг мой, излей мне свою душу. Я готов разделить твою боль.
— Ладно... Многовато... боли...
— Выпусти боль. Всю — без остатка. Не надо стыдиться слёз, наш храбрый ломбакс.
— Довольно!
— Полгода?! Ты бросил меня тут на целых полгода?!
— Эй! Это было не так уж и просто! Пришлось подкупить пару должностных лиц,, выяснить у них, где корабль и нанять громил.
— Ты сам громила! По крайней мере, должен им быть!
... Иногда ты меня просто поражаешь: где ты был, когда раздавали мозги? Похоже, ты стоял последним ещё и за приличным видом, чувством стиля и остроумием.
Каждый самец любит хвастаться тем, что у него была куча адюльтеров. По факту у «среднестатистического самца» есть 1—2 случайных связи. Это максимум и за всю жизнь. Плюс пара проституток, которых самец купил из-за желания доказать сам себе, что он крут. Дотянуть цифру до хотя бы трёх — нет денег или душит жаба, — проще залезть на порно-сайт, и выпустить сексуальное напряжение бесплатно.
Конному всаднику. С лошадью следует обращаться как с женой: надо делать вид, что ты ей доверяешь.