Ни роду нет, ни племени
В чужой мне стороне;
Не ластится любезная
Подруженька ко мне!
Возьмите же все золото,
Все почести назад;
Мне родину, мне милую,
Мне милой дайте взгляд!
Когда вас изгоняют с родины, где родились ваши отцы и деды и где сотнями лет жили ваши предки, это очень болезненно. Вам не коснуться руками родной земли, не услышать мелодичное пение рек. Роскошные отели и приемы во дворцах не могут заменить чувство родного дома.
Мне ни сладок, ни приятен
Дым сгоревшего Отечества,
Но его золой и пеплом
Не посыплю я главу.
Суть не в качестве лекарства,
Все равно недуг не лечится
Ни за плату, ни по блату,
Ни во сне, ни наяву.
Просто я больше ни с чем не связана, я — ничья. Какое место ни возьми, я либо прилетаю, либо улетаю оттуда. Или пролетаю над ним. Только люди, которые мне нравятся, которых я люблю. Вот они — моя последняя родина
Она придет — жестокая расплата
За праздность наших европейских лет.
И не проси пощады у возврата, —
Забывшим Родину — пощады нет!
Пощады нет тому, кто для забавы
Иль мести собирается туда,
Где призрак возрождающейся славы
Потребует и крови и труда,
Потребует любви, самозабвенья
Для Родины и смерти для врага;
Не для прогулки, не для наслажденья
Нас ждут к себе родные берега.
Прощайся же с Европою, прощайся!
Похорони бесплодные года;
Но к русской нежности вернуться не пытайся.
Бояся смерти, крови и труда.
Нигде не сказано, что надо делать во время исполнения гимна — стоять, лежать или ползти. Надо Родину любить.
Не оставлю тебя, сумасбродная
И завьюженная страна,
Жизнью сжатая, непригодная,
Но угодная только нам.
Проростает корнями дерево,
Обживается лес норой.
Ты жилеточкой душегреевой
Пребывала всегда со мной.
Москва не верит в слёзы,
Что крокодилы льют.
Москва не верит в грёзы,
А верит в Божий суд.
Москва не верит в счастье,
Что обещает враг,
Мечтающий на части
Порвать наш гордый стяг.
Москва не верит в зверя,
Что заперт на Луне...
Москва, закрывши двери,
Чтит Бога в тишине.
Москва не верит в «юдо» –
Заокеанский сброд.
Москва не верит в чудо,
Но верит в свой народ!
— Вы очень любите свою родину? – произнесла она робко.
— Это ещё не известно, — отвечал он. – Вот когда кто-нибудь из нас умрёт за неё, тогда можно будет сказать, что он её любил.
Сердце матери! С чем бы его я сравнил?
Со вселенной? Но больше вселенной оно!
Сколько горя я нехотя ей причинил,
Сколько вытерпеть ей за меня суждено!
Пусть глаза ей отдам, — а в долгу все равно!
Выну сердце, отдам, — и тогда я в долгу!
Мать и Родина, вы для меня — заодно,
Не любить вас, не петь о вас я не могу.
Cлайд с цитатой