Делитесь нежностью,
когда б
ни выпускала вас из лап
косматых тяжесть будних дней,
Делитесь нежностью и с ней.
Делитесь нежностью,
когда б
ни выпускала вас из лап
косматых тяжесть будних дней,
Делитесь нежностью и с ней.
Есть музыка вокруг, и есть — внутри,
Одна из них порою замолкает,
И тут уж каждый Гайдн, сам твори,
Когда тебе никто не помогает,
Попробуй сам кому-нибудь помочь,
И, может быть, тогда — счастливый случай? -
Тоску и тишину прогонит прочь
Внезапность в ком-то найденных созвучий.
У черных кошек нет такой приметы,
Чтоб, если им дорогу человек
Пересекает, перейти на бег,
Опередив. Они не верят в это.
От нас самих на свете больше бед,
Чем от мурлыки, по делам спешащей.
И это я считаю настоящей
И самой честной средь других примет.
Ученый друг, изобрети лекарство,
изобрети лекарство от коварства,
чтоб сердце было чище во стократ,
чем самый белоснежный твой халат
Придумай панацею от обид,
чтоб долго не болело, где болит.
Создай настойку от непостоянства
и капли, капли горькие от хамства.
Вы прекрасный молодой человек, деликатный, гордый, как лев, и нежный, как девушка. Вы были бы прекрасной добычей для дьявола.
Вот день прошел, и что успел ты в нем,
Кому сказал хорошее ты слово?
Чем вслед за уходящим этим днем
Ты встретишь ожидание другого?
Кому и чем сегодня ты помог?
Сумел ли улыбнуться человеку,
Впустив его всем сердцем на порог?
Вот день прошел, как камень брошен в реку,
Что доброго успел ты сделать в нем?
— Если конфеты просыпались в сумку, это не значит, что надо от них нос воротить, — сказала она.
— Конечно нет.
— Но я заметила, что люди обычно так и делают.
Именно, подумал Джаспер Гвин: люди не доверяют карамельке, найденной на дне сумки.
— Думаю, по той же причине люди всегда сторонятся подкидышей, — сказал он.
Первое, что хочется сделать после осознания своей вины, – это поскорее свалить её на кого-нибудь другого.
Экзистенциализм – это не что иное, как попытка сделать все выводы из последовательного атеизма. Он вовсе не пытается ввергнуть человека в отчаяние. Но если отчаянием называть, как это делают христиане, всякое неверие, тогда именно первородное отчаяние – его исходный пункт. Экзистенциализм – не такой атеизм, который растрачивает себя на доказательства того, что бог не существует. Скорее он заявляет следующее: даже если бы бог существовал, это ничего бы не изменило. Такова наша точка зрения. Это не значит, что мы верим в существование бога, ... В этом смысле экзистенциализм – это оптимизм, учение о действии. И только вследствие нечестности, путая свое собственное отчаяние с нашим, христиане могут называть нас отчаявшимися.