Многие убедили себя, что можно обойти истину, просто не думая о ней. Закона природы не обойти, и чем раньше будешь знать правду, тем лучше.
Le temps est père de vérité.
Время является отцом истины.
Многие убедили себя, что можно обойти истину, просто не думая о ней. Закона природы не обойти, и чем раньше будешь знать правду, тем лучше.
Если бы ложь, подобно истине, была одноликою, наше положение было бы значительно легче. Мы считали бы в таком случае достоверным противоположное тому, что говорит лжец. Но противоположность истине обладает сотней тысяч обличий и не имеет пределов.
— А что, если все трагические события, все гонения происходили в защиту самозванца?
— Это не... это не может быть правдой. Эотас, он... он творил чудеса.
— Сила богов неоспорима. Чего нельзя сказать о правдивости истории, которую они создают.
Я хочу говорить правду — то, что я не знаю... то, что я ищу, но ещё не нашёл. Только так я чувствую себя живым.
Есть одна конкретная величина, показывающая нам разницу между ложью и истиной. Ложь приносит шум. А истина всегда тихая.
Я смотрю в окно, я вижу людей. Я вижу, как по улицам проплывают такие разные удивительные миры, сталкиваясь между собой возведенными ими же стенами. Я знаю, что каждый из них по-своему прав. Но в своей правоте, в своей непоколебимой истине, они утратили умение слышать и понимать других. А кругом столько одиночества, столько боли, ссор, дрязг, ругани, ненависти... И никто, никто не хочет слышать и понимать, но каждый готов доказывать именно свою, единственно возможную правоту. Нет, это не война вер, это утрата утрат. Утрата понимания. Потому что за стеной своего тесного мирка, мирка внутри головы, все уже чуждо и враждебно. Мы не слышим друг друга. Мы не хотим слушать, мы и так уже все знаем. Но знаем ли?