Что есть цивилизованная жизнь, как не попытка втиснуть неидеальных людей в противоестественные рамки, придуманные людьми столь же неидеальными?
Чувство повторяемости – всего лишь естественный результат старения. Возможно, это ощущает каждый, достигнув определенного возраста. А ведь если вспомнить, что большинство людей довольствуются рутинной жизнью, весьма бедной на события, то я – счастливчик, которого судьба балует разнообразием.
Если мужу не удалось завоевать жену добротой, сочувствием, вниманием и проявлениями любви, то ему следует обходиться без нее.
— Я правильно поступила или нет, Росс? Мне нужно знать. Мне пришлось принять решение.
Проходя мимо, Росс коснулся её плеча.
— Ты стоишь больше, чем весь Вестминстер, — сказал он.
Когда принесли ужин, Росс почти ничего не ел.
— Ты не голоден?
— Просто устал. Устал говорить, устал спорить, устал задавать вопросы и ездить верхом.
— Съешь хоть что-нибудь.
— Нет, — сказал Росс, — я хочу только тебя.
— Все мы вульгарны.
На мгновение все умолкли.
— В каком смысле?
— В самом обыкновенном. Вы же не будете утверждать, что в каждом человеке есть нечто настолько уникальное, что ставит его выше других! Ни в привычках, ни в традициях, ни в семье. Все мы разделяем одни желания и обладаем одинаковыми функциями: молодые и старые, лорды и нищие. Лишь извращенец не станет смеяться и плакать над одним и тем же. Это просто здравый смысл. Вульгарный здравый смысл.
Жизнь – азартная игра, и даже самый осторожный и крепко стоящий на ногах человек ходит по канату обстоятельств, и даже самая легкая вибрация может его сбросить. Мы живем себе, чувствуем себя в безопасности, думаем, будто мы кое-что значим в мире, и вдруг — фьють, и мы ничто.
Демельза высказала предположение, что иногда, наверное, денег бывает слишком много, вот и приходится собирать столько всякой всячины. Что может быть приятней, чем страсть к собирательству, будь то веера, слоновая кость или стекло, а потом можно позволить себе собрать целую коллекцию, один драгоценный предмет за другим, расставить её на полках и каждый раз получать удовольствие, разглядывая её. Но сэр Хорас, дожив до преклонных лет, собрал множество крупных коллекций. Как же он мог находить в них прежнее удовольствие? Шесть чудесных вещиц всегда останутся шестью чудесными вещицами. Собери шесть тысяч – и перестанешь их ценить.
— Это как жены, — заметил Росс. — Много не нужно.
— Люди с большими домами не всегда самые гостеприимные, да, Росс?
— Как и хорошо воспитанные не всегда обладают самыми чистыми помыслами.
Она поняла, что Росс добрался до самых темных уголков души и пробирается сквозь глубокие воды, и лишь она может протянуть ему руку.
— Росс, ты не должен бояться. Это не в твоем характере. Не похоже на тебя.
— Может, характер меняется, когда человек стареет.
Cлайд с цитатой