Наверное, утомительно все время быть таким циничным.
Запомни раз и навсегда — никогда не жалуйся на усталость! Все равно никто не пожалеет, а уважать перестанут.
Наверное, утомительно все время быть таким циничным.
Запомни раз и навсегда — никогда не жалуйся на усталость! Все равно никто не пожалеет, а уважать перестанут.
— Не будь циничной, для этого нужна практика. Тебе просто это не идет, принцесса.
— Может, хватит меня так называть?!
— Я хочу быть вежливой.
— Не стоит, для этого нужна практика; тебе просто это не идет, принцесса!
Если к полудню ты малость устал, то это лишь верная примета нормального, счастливо прожитого дня.
И ее губы – раковины, лепестки роз, скорпионьи хвосты, – слово «да» никогда не слетало с этих губ, зато «нет»… «Нет» засунуто за щеку подобно долгоиграющему леденцу. Который она посасывает с тех самых пор, как на ведущей к ней лестнице стали появляться жалкие типы, похожие на меня.
— Будьте добры, ох, сядем на минутку, а?
— На минутку? Прежде эту минутку надо поймать, а мне не под силу, за ней не угонишься.
Усталость — защитная реакция организма, возникающая при мысли о том, что надо что-либо делать.
Опустившись на колени, я закрыл глаза. Хорошо, Проводник. Как прикажешь. Я слишком долго шел к тебе. Слишком долго учился верить в тебя. Я ненавижу свой город. В нем нет никого, кого можно любить. Если ты исчезнешь... я просто умру, наверное. В уюте бетонной квартиры. В окружении любимых вещей — они не люди, они не могут любить в ответ. Пойми меня, Проводник, даже если я сам себя не понимаю. Подскажи, что мне нужно. Найди дорогу Отсюда... Ты можешь, я знаю. Я верю. Больше, чем Господу Богу, больше, чем господину Президенту. Больше, чем друзьям, которые слишком далеко. Ты моя боль и радость, ты моя надежда и безверие. Я шел к тебе через презрение и насмешки, вежливых подонков и злых неудачников. Меня не пьянил спирт и не отрезвлял кофе. Я смеялся и плакал, был плохим и хорошим. Я читал книги о потустороннем мире и разноцветные сборнички фантастики.
Я шел к тебе, Проводник. Приди же и ты ко мне.
— Если я не вернусь, просто скажи, что я умер, грабя какого-нибудь старика.
— Я скажу, что ты погиб, снимая обручальное кольцо с пальца мертвеца.
— Я люблю тебя, приятель!