Авраам Линкольн

Научите моего сына, если можете, понимать, какое это чудо — книги. Но также предоставляйте ему досуг, во время которого он может созерцать вечную мистерию, творимую небом и птицами, пчелами, солнцем и цветами на зелёных склонах. Объясните ему также, что лучше потерпеть неудачу, чем потерять честь и унизиться до обмана.

Другие цитаты по теме

Никто не может познать то, что он ещё не приготовлен познать, как бы близко ни находился предмет от его глаз. Химик может безопасно сообщить плотнику свои самые драгоценные открытия, которые он ни за что на свете не поведает другому химику. Плотник от них не поумнеет и не разбогатеет.

Наш глаз устроен так, что он не заметит предметов, стоящих перед ним, пока ум ещё не приготовлен к их восприятию. Но когда мы их увидим, нам покажется сном всё то время, в которое мы их не видали. То же правило тесно связано и с обучением всякого рода. Человек поучает фактами, никак не иначе. Если он имеет дар сообщать, пускай поучает, только не словами. Наставление ничтожно до того часа, когда ученик дорастет до вас и будет в состоянии усвоить себе ваши начала. Тогда-то совершается истинное сообщение, и уже никакие жалкие случайности, никакое дурное товарищество не лишат вполне вашего ученика умственных и нравственных благодеяний, полученных от вас. В этом состоит воспитание. Прочие же уроки входят в одно ухо и выходят в другое.

Я богословьем овладел,

Над философией корпел,

Юриспруденцию долбил

И медицину изучил.

Однако я при этом всем

Был и остался дураком.

Я искренне верю, что мира во всём мире мы можем достичь, питая образованием не только наши умы, но и сердца и души.

В обычной школе день разделен на уроки и перемены. Есть домашние задания, экзамены, контрольные и т. д. Такое образование было введено во времена промышленной революции, когда понадобились рабочие для станков и конвейеров. Целью системы было подготовить крестьян, простых людей, к индустриальным профессиям. Поэтому режим обучения и учебные программы были адаптированы к нуждам промышленности. Однако детям такой подход, безусловно, ненавистен — ведь он противоречит человеческой природе, не развивая человека, а разрушая его.

Скучное! Учеба — дело трудное и скучное. Преподавание — дело скучное и трудное. И Вы учите меня скучать, скучать и скучать до конца дней моих.

Мой отец следовал примеру своего отца. Он часто говорил, что никакие деньги в мире не смогут дать человеку образование, если только он сам не захочет сесть за книги и прилежно учиться.

По новому стандарту школьного образования необязательными станут такие предметы, как математика и литература. И это понятно, русский человек не обязан сам чего-то считать и чего-то читать. Непонятно только, почему обязательным станет предмет «Место России в мире». Ведь называть это место как-то непедагогично.

Чтению учат как всему остальному: осваивая азбуку, исследуя связи, понимая цели и оценивая средства, но главное — ставя себя на место автора. Чтобы стать хорошим читателем, надо быть писателем, или — хотя бы — побыть с ним.

Свобода, о которой сегодня так много говорилось, свобода учителя, и ничего кроме свободы, к чему это все приведет? Мы и спрашивать тогда ничего не сможем. Мы выпустили из внимания самое главное — воспитательный аспект. В 90-е, как вы заметили, он исчез вообще. Только эстетическое удовольствие. Сейчас он вернулся, слава Богу, моральная составляющая есть, значит не с любыми текстами мы можем работать.