— Они пытали тебя?
— Они ели мои блинчики!
— Вот мерзавцы!
— Они пытали тебя?
— Они ели мои блинчики!
— Вот мерзавцы!
— Это мой обед: арахисовое масло и сардины. Мой организм сейчас активно растет.
— Ага, очень активно — вширь!
Нас чуть не с музыкой проводят, как проспимся.
Я рупь заначил. Слышь, Сергей, — опохмелимся!
И все же, брат, трудна у нас дорога.
Эх, бедолага, ну, спи, Серега!
Пуаро вздохнул.
— Как мне не хватает моего друга Гастингса! У него такое богатое воображение. Такой романтический склад ума! Правда, его предположения обычно были неверными... но мне это давало толчок, импульс.
Вечер был лучше, чем я ожидала. Но я пойму, как к тебе отношусь, когда немножко протрезвею.
Собака, она слишком высокого мнения о человеке. Собаке кажется, что нет никого умнее человека, и собака изо всех сил старается довести это до всеобщего сведения. Поэтому-то мы, люди, и говорим, что собака самое разумное из животных. А вот кошка, — она держится особого мнения о человеческих достоинствах. Она помалкивает, но может наговорить такого, что вы не захотите слушать до конца.
Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь.
Пакет травы, пакет травы.
Нам станет веселее, будь пакет травы.
Это то, как раз, что искали Вы.
Ведь нам станет веселее, будь пакет травы.
Ну вот, вы начинаете врубаться.
Вам не нужен мет, не нужны шприцы.
Ведь нам станет веселее, будь пакет травы.