Конь БоДжек (BoJack Horseman)

— Слушайте, а давно мы все были в одной комнате?

— Наверное только в финале шоу.

— Да! И я сразу же уехал в Калифорнию. Теперь у меня самая большая скорбная лавка в Сиэтле. Вру, на самом деле в Олимпии.

— А я в театре Вестэнда играю Джульет... тину сиделку.

— А как твои дети?

— У меня их нет.

— Ой, а я думала их целый выводок, у тебя просто такое тело...

— Да брось, Сара Линн...

— Я предполагала, что ты перестала быть редкостной п**дой.

— Господи, Джоэль!!!

— В Англии это приемлимое выражение!

— Сунь его себе в ж*пу с ложкой сахара, Супер-Калли-Фраджи-С*ка!

— Эй, прекратите!

— Пустите меня! Я её порву!

Другие цитаты по теме

— Эй, видишь этих людей?

— Да...

— Эти др*чилы теперь твои самые лучшие друзья на свете, без них ты ничто. Запомни.

— Снимаем сцену со слов «сладкуля»!

— Твоя семья никогда тебя не поймёт. Любовники кинут, или попытаются изменить тебе, но фанаты — будь к ним добра, и они будут добры к тебе.

— Снимаем, камера готова.

— Самое главное — давать людям то, что они хотят. Даже если это убьёт тебя, даже если это опустошает так, что опустошать уже нечего. Что бы ни случилось, как бы ни было больно, не прекращай танцевать, не прекращай улыбаться. И дай этим людям то, что они хотят.

— Привет, БоДжек.

— Рад тебя видеть, Чарли. Прости, что опоздал. Пробки.

— Ничего страшного.

— Встал на парковке для калек — ничего страшного?

— Ты припарковался....

— Пардон. Для инвалидов. Такой термин лучше?

— Может переставишь машину?

— Не, мне не стоит садиться за руль. Просто сейчас я в хламину.

— Хочешь сказать, ты сейчас пьян?

— Мне кажется, или интервью круто идёт? Ну круто же, правда?

— Д-да. Итак, как ты считаешь, в чём секрет успеха этого шоу?

— Знаешь, Чарли, сейчас модно моё шоу говном поливать, но вот что я скажу... А «говно» говорить можно?

— Не стоит.

— Я думаю, что для ситкома* это ништячное шоу. Не верх драматургии, но знаешь, для многих людей жизнь это большой удар по яйцам. И вот ты возвращаешься домой, тебя целый день по яйцам пинали, и ты хочешь просто посмотреть шоу про хороших людей, которые любят друг друга. И что бы в шоу не произошло, в конце серии всё обязательно разруливается к лучшему. Ведь в реальной жизни... Я уже говорил про удар по яйцам?

— Поговорим о реальной жизни. Чем ты занимался с тех пор, как шоу закрыли 18 лет назад?

— Отличный вопрос, Чарли! Я... Я... Я... Эм....

— Так, прежде чем полностью отмести вариант с лечебницей...

— БоДжек, за всю жизнь мне ни разу не приходилось самой справляться с проблемами. Мне никто и никогда и ни в чём не отказывал, так что вместо того, чтобы решать проблемы я лучше поживу у тебя тут маленько.

— Сара Линн, я тебя слышу. И думаю, что знаю, что тебе нужно. Чтобы сильный ответственный взрослый сказал тебе:... да! Да, конечно, живи у меня. Будет весело! Эй, народ, старая банда снова в сборе! Три сиротинки, раз, два, три...

Ты реально пытаешься заставить меня ревновать, флиртуя с тремя стоящими друг на друге детьми?

— Д*рьмо какое. Вы все д*рьмо! И зачем я вообще пришла на эту вечеринку?

— Это не вечеринка, а похороны Хёрба.

— Хёрб умер?!

— Ахмет уходит в город. Ахмет — смелый разбойник. Кто-то не уйдёт от Ахмета. А если кто — то уйдёт от Ахмета, тогда не быть Ахмету моим помощником. Тогда Ахмет будет съеден на обед, дикими волками. Ступай, Ахмет! Мы ждём тебя с новостями. Ты знаешь, в честь твоего похода,... Мы даже не будем есть, до твоего прихода.

— Ой... [разбойники банды]

— Ахмета лошадь запре-гай! Весёлой песней прова-жай!

Жизнь — это череда закрывающихся дверей.

— До отъезда ты всегда говорила, что Эл-Эй* это асфальтовая топь.

— О, Боже! Я столько фигни говорила в юности, думала это так умно.

— Сейчас ты больше так не считаешь?

— Считаю ли я Эл-Эй асфальтовой топью? Нет. Нет, ты сам асфальтовая топь.

— Я?

— Ну не ты сам. Просто говорю, типа неважно где ты, важно кто ты. И ни Калифорния, ни Мэн, ни Нью-Мексико этого не изменят. Понимаешь? Нельзя сбежать от себя самого.

Я не люблю тебя, ты не любишь меня. Мы два одиноких человека, старающихся ненавидеть себя чуть меньше... Может, такими и останемся?

— После «Шоу Коня БоДжека» я надолго впал в депрессию. Написал кучу хитовых фильмов, заработал тонну денег, но счастья это мне не принесло. Когда мне вручили Оскар, я стоял на сцене, смотрел на него и думал «и это счастливейший день в моей жизни?» Я чувствовал как никогда несчастным.

— Потому что был трезв?

— Потому что Оскар ничего не значит. Всё бессмысленно. Я всю жизнь помогал другим. Сделал свой дом ночлежкой для бросающих наркоманов. У меня была система реабилитации, я многим помог, но они всё равно ещё больше сторчались, и от этого у меня пусто на душе.

— Все за тебя очень беспокоились. Нельзя вот так исчезать! Ты многим сделал больно.

— Иногда нужно брать ответственность за своё счастье.

— Разве это не эгоистично?

— Не знаю, что тебе сказать. Впервые в жизни я счастлив, и я не буду этого стыдиться. Нужно много времени, чтобы понять, какой ты несчастный и ещё больше, чтобы понять, что ты не обязан таким быть. Только бросив всё, можно начать поиски пути к счастью.