Сорок восемь дней тому назад я кончил факультет с отличием, но отличие само по себе, а грыжа — сама по себе.
Штаны коту не полагаются, мессир. Уж не прикажете ли Вы мне надеть и сапоги? Кот в сапогах бывает только в сказках, мессир. Но видели ли Вы когда-нибудь кого-нибудь на балу без галстука? Я не намерен оказаться в комическом положении и рисковать тем, что меня вытолкают в шею!
К счастью, по крайней мере у нас, в Англии, образование не оставляет никаких следов.
В сущности, только собственные основные мысли имеют истинность и жизнь, потому что собственно только их понимаешь вполне и надлежащим образом. Чужие, вычитанные мысли суть остатки чужой трапезы, сброшенные одежды чужого гостя.
— Между прочим, этот, — тут Фагот указал на Бенгальского, — мне надоел. Суется все время, куда его не спрашивают, ложными замечаниями портит сеанс! Что бы нам такое с ним сделать?
Конспект — это материал, который пропущен через собственную практику, приложен к ней, преобразован, усвоен.
— Фарадей сказал, что вы из будущего. Я хочу знать, правда ли это.
— Нет, друг, это бред.
— Когда вы родились?
— Э... В тридцать первом.
— Вам сорок шесть?
— Да. Чё, не видно?
— Участвовали в корейской войне?
— Такой войны не знаю.
— Кто президент Соединенных Штатов?
— Ладно, мы из будущего.
Азазелло просил не беспокоиться, уверял, что он видел не только голых женщин, но даже женщин с начисто содранной кожей.
— Не умею я. Ну вот не умею, — недовольно пояснил он мне.
— Плохо. Надо неустанно овладевать полезными умениями и навыками, — наставительно сообщил я ему. — Потому как знания — они самое верное орудие пролетариата. И куда лучше и надежнее булыжника, тоже популярного в народной среде оружия.
— Кого? — заинтересовался Данут. — А что такое пролетариат? Ты поподробнее не объяснишь?
Стоп! Не хватало только вооружить этих компаньерос марксистско-ленинской теорией, они тут мигом социалистическую революцию забабахают, в отдельно взятых джунглях.
Cлайд с цитатой