— Что произошло?
— Мы оба пережили одно и то же.
— Я спрашиваю твое мнение. Мнение.
— Что произошло? Плохо произошло!
— Мы на европейской части? Не знаешь. Нас на сколько посадят? На много. Это было очень мерзкой ловушкой. Аплодирую.
— Ты совершил преступление?
— Я жертва судьбы.
— Что ты рассказываешь? Мы расспросили его!
— Я несчастлив и я восстаю против этого.
Деньги-то большие, но полиция устроит нам такую свадьбу. Со всеми традициями проведет.
— То, что совершает один человек, вы называете преступлением, — возразил Краггаш, — а то, что совершают многие, вы называете правительством. Лично я разницы не улавливаю, а потому отказываюсь ею руководствоваться.
Тополь всегда тянется к небу. Растет высоко, не разветвляясь по сторонам. Но, на верхах начинает засыхать.
— Кто так взятки-то даёт, Андрей? Сам трясёшься и боишься, как будто, не знаю, делаешь какое-то нехорошее дело.
— А что, хорошее, что ли?
— Да вот именно! В этом-то вся и штука! Если ты будешь чувствовать себя преступником — он тоже будет чувствовать себя преступником и испугается. Взятки надо давать открыто, прямо, честно! Взяточник, он ведь, хоть у него-то совести-то нет, а душа-то есть. И он хочет чувствовать, что он хоть и берёт, но берёт для пользы дела. Для процветания страны. России!
— Идеальных преступлений не существует. Люди всегда совершают новое преступление чтобы скрыть старое....
— И пока есть следователи, готовые признавать свои ошибки. Идеальным преступлениям не бывать. Вы просчитались, срок давности истекает не в час убийства, а в момент обнаружения тела, то есть ещё через сутки.
Cлайд с цитатой