Никто не оскорбит меня безнаказанно!
Печаль многосложна. И многострадальность человеческая необъятна. Она обходит землю, склоняясь, подобно радуге, за ширь горизонта, и обличья ее так же изменчивы, как переливы радуги; столь же непреложен каждый из ее тонов в отдельности, но смежные, сливаясь, как в радуге, становятся неразличимыми, переходят друг в друга. Склоняясь за ширь горизонта, как радуга!
Быть оскорбленным — это схема, в который хайп превращается в бабло. Ну или другие бонусы. ВСЁ! Хайп-Лайк-Бабло! Хайп-Лайк-Бабло! Хайп-Лайк-Бабло!
— Ты правда думаешь, что я буду откровенничать с тобой после того, как ты со мной обращался, после того, как ты меня обзывал?!
— И как это?
— Псих, любитель понюхать трусики, целка, урод, ***юк, извращенец, педофил... дыниёб..., а я просто хочу быть твоим другом.
Не думайте, что король недоволен памфлетами. Когда эти бумажки порочат лентяев, которые его окружают, он хохочет вместе со своим народом. Но когда речь идет о том, чтобы публично очернить имя брата короля... Король, конечно, не восторге от своего братца, но он не позволит, чтобы оскорбляли его семью и трон.
— Ты всё такой же слабак. И тебя называют магистром?
— Знаешь... когда я рубил тебя пополам, надо было рубить по горлу.
Если существует на свете крайняя, неограниченная власть, — это власть сильной личности над более податливыми натурами сверстников в годы отрочества.
Прогресс позволяет нам безнаказанно издеваться над людьми. Раньше, чтобы назвать кого-то придурком, ты должен был сказать ему это в лицо. И в результате, скорей всего, получил бы в глаз.
— Как вы знаете, несколько недель назад при нашей первой встрече мы, видимо, оба встали не с той ноги, когда я назвал вас идиотом. Я просто хочу сказать, что был не прав, озвучив это.
Cлайд с цитатой