Она была, как все — неповторима.
Она гасит свет, когда я зажигаю мир. И все говорят: «вы с ней как близнецы похожи».
Она была, как все — неповторима.
В её глазах бесстыдно жили бесы порока, они танцевали на костях своих жертв — мужчины делали чудовищные вещи ради обладательницы этих глаз.
В этом — вся она. Либо всё, либо ничего. И, опасаясь, что всего ей не получить, она выбирает ничего. Из гордости.
ну заходишь в кино — там боязно и темно,
пахнет колой, поп-корном, чипсами — всё одно,
ну садишься в кино, да, вроде неплохо, но
о тебе и о ней оно.
Вы рождены для того, чтобы вести мужчин в Ад. Грешник и святой, неверующий и одержимый — все они пойдут за вами.
Она была спасением, путем на волю. Она должна была научить меня жить или научить умереть, она должна была коснуться своей твердой и красивой рукой моего окоченевшего сердца, чтобы оно либо расцвело, либо рассыпалось в прах от прикосновений жизни.