Чем хата богата, тем займется налоговое ведомство.
— Повысим налоги!
— Налоги? Кто доит пустое вымя, может получить копытом и слететь со скамейки.
— Мама, избавьте меня от сельских метафор. Вам они не к лицу, а я их не понимаю.
Чем хата богата, тем займется налоговое ведомство.
— Повысим налоги!
— Налоги? Кто доит пустое вымя, может получить копытом и слететь со скамейки.
— Мама, избавьте меня от сельских метафор. Вам они не к лицу, а я их не понимаю.
Я создал этим местам самую мрачную репутацию, чтобы отвадить отсюда самое коварное зло, одолевающее нашу несчастную страну. Понял, о чём я? Налоги! Эти персы со своими армиями, крепостями, дорогами! Кто за это платит? Малый бизнес! Поэтому я и начал распространять все эти душераздирающие слухи. А слухи разносятся, как срамная болезнь в турецком гареме.
И те, что кричат, Ангерран, так и не узнают, никогда не узнают, что не в моей власти дать им то, чего они требуют, что зависит это от времени. Победы мои они забудут, а будут помнить налоги, которыми я их облагал, и меня же обвинят в том, что я в своё царствование не накормил их.
— Ты пошёл погулять, зависаешь, отрываешься. И вдруг сотрудник налоговой смотрит на тебя. И что же он видит? А видит он молодого парня с шикарным домом, неограниченным запасом бабла и без работы. И какой же вывод сделает налоговик?
— Я наркоторговец?
— Нет! В миллион раз хуже. Ты уклоняешься от налогов!
— Получи расписку. Не забудь получить расписку.
— Зачем тебе расписка? Ты же мертв.
— Для налогов.
— О! Здравая мысль.
Все жители вокруг, вплоть до Филипп,
Нам подчиняются по принужденью,
Раздражены поборами и данью,
И неприятель, проходя средь них,
Свои ряды пополнить ими может.
— У меня есть для тебя шутка.
— Хорошо.
— Правительство в этом городе замечательное и использует ваши налоги рационально.