Протоиерей Андрей Ткачев

При глубоком проникновении в тайны науки, ты изумляешься сложности, стройности и гармонии изучаемого предмета. И ты вдруг начинаешь слабо ощущать Великую руку, расставившую правильно эти кубики, и говоришь: «Господи, ты что ли? Господи, прости, я залез в твою лабораторию.» Кто такой ученый? Это человек. котрому дали гриф допуска в лабораторию Господа Бога, и он чуть-чуть больше, чем мы (на две комнаты дальше) залез посмотреть планы Божьи.

Другие цитаты по теме

От красоты, от ума и благодарности нужно к Богу приходить, а не от беды. Не от поломанных ног, выпавших зубов, а от закатов и восходов, от прочитанных книг, от сердечного восторга. Ни от раковых опухолей, ни от потери близких. Это уже самый крайний случай, потому что настолько чёрствый и дурной, что тебя иначе никак не притащишь в Царство небесное, что нужно забрать от тебя твоих родных, и тогда ты смиришься. Это очень обидно для человека.

Наука сделала нас богами раньше, чем мы научились быть людьми.

Никогда не стоит обсуждать на ходу ни Бога, ни науку.

Мы все получаем пользу от приобщения к чему-то божественному... пусть даже и воображаемому. Виттория как учёный ничего не могла возразить против подобной логики. Она прочитала бесконечное число работ о так называемом эффекте плацебо, когда аспирин излечивает рак у людей, веривших в то, что они принимают чудодейственное лекарство. Разве не такую же роль играет вера в Бога?

All the good girls go to Hell

'Cause even God herself has enemies,

And once the water starts to rise,

And Heaven's out of sight,

She'll want the Devil on her team.

My Lucifer is lonely.

…все, что делал Сын Божий, все, что говорил, было ради человека. Не против, а за него. Чтоб ему же спокойней, веселей, чище жилось, чтобы он сдуру не разрушил себя совершенно.

Вот что такое свобода, — думал я. — Иметь страсть, собирать золотые монеты, а потом вдруг забыть все и выбросить свое богатство на ветер. Освободиться от одной страсти, чтобы покориться другой, более достойной. Но разве не является все это своего рода рабством? Посвятить себя идее во имя своего племени, во имя Бога? Что же, чем выше занимает положение хозяин, тем длиннее становится веревка раба? В этом случае он может резвиться и играть на более просторной арене и умереть, так и не почувствовав веревку. Может быть, это называют свободой?

Я говорю правду: нет ничего плохого для вас в том, чтобы жить в этом мире. Но вы должны направлять свой ум к Богу, иначе вы не добьетесь успеха. Одной рукой выполняйте свои обязанности, а другой – держитесь за Бога. После того, как вы исполните все свои обязанности, вы будете держаться за Бога обеими руками.

Богу, который любит, не делает чести заставлять любить Себя: он скорее предпочёл бы быть ненавистным.