Я прошу, забери меня, мама,
С улиц городских обратно домой.
Я послушным и правильным стану,
Я хочу домой, а здесь я чужой.
Бьется ночь в окна раненой птицей,
И дрожит огонь усталой свечи,
Проплывают знакомые лица,
Но им не понять беспризорной тоски.
Я прошу, забери меня, мама,
С улиц городских обратно домой.
Я послушным и правильным стану,
Я хочу домой, а здесь я чужой.
Бьется ночь в окна раненой птицей,
И дрожит огонь усталой свечи,
Проплывают знакомые лица,
Но им не понять беспризорной тоски.
Где ты, мой ангел-хранитель?
Возьми, если сможешь, меня к небесам,
Убежал я из дома,
Бродить по сказочным мирам.
И легло на душу, как покой.
Встретить мать — одно мое желание.
Крест коли, чтоб я забрал с собой,
Избавление, но не покаяние!
Вот и все,
Оплачены все счета.
Убегай, пока я, закрыв глаза,
Досчитаю до тысячи.
У меня к тебе никаких обид,
И нутро не ноет и не болит.
Забирай все, что хочешь, и уходи
Беспрепятственно.
Я вдруг совсем охладела к дурным речам.
Что ты запомнишь? Обиду? Гордыню? Страх?
Лица врагов? Свой портрет в дорогой квартире?
Я буду пить шампанское в облаках
И вспоминать, что мы с тобой просто были!
— Одно я знаю точно — все кошмары
приводят к морю.
— К морю?
— К огромной раковине в горьких отголосках,
где эхо выкликает имена -
и все поочерёдно исчезают.
И ты идёшь один... из тени в сон,
от сна — к рыданью,
из рыданья — в эхо...
И остаётся эхо.
— Лишь оно?
— Мне показалось: мир — одно лишь эхо,
а человек — какой-то всхлип...
Кольщик, наколи мне купола,
Рядом чудотворный крест с иконами,
Чтоб играли там колокола...
С переливами и перезвонами.