Кого терзают приказами сильнее всего, так это детей. Удивительно, как они вообще не ломаются под гнетом приказов и умудряются пережить рвение воспитателей.
— Видимо, я скорее выиграю в лотерею, чем найду няню на вечер субботы.
— Я могу посидеть с ним.
— Но ты ведь не разу сам не сидел с детьми.
— Зато я смотрел сериал «Мистер Бельведер».
Подросткам всё вокруг кажется таким одинаковым, поэтому они пытаются бунтовать в доступных им формах.
Ребёнок не должен быть вундеркиндом. Он должен быть ребёнком. Важно, чтобы он не «засиделся» только в детях.
Родитель сажает своего ребенка в золотую клетку, и все видят, что «золотая», и только ребенок видит, что «клетка».
All round the world
Little children being born to the world,
Got to give them all we can till the war is won:
Then will the work be done.
Help them to learn (help them to learn)
Songs of joy instead of burn, baby burn, (burn, baby burn)
Let us show them how to play the pipes of peace,
Play the pipes of peace.
Эти дети не говорили «здравствуй» и не отвечали, когда с ними заговаривали. Несколько раз окликни такого ребенка — и он повернется, посмотрит на тебя и скажет что-нибудь вроде: «Закрой пасть, говнюк! Я тебя с первого раза расслышал».
Я вовсе не хочу сказать, что дети на войне, если им приходится умирать, умирают хуже мужчин. К их вечной славе и нашему вечному стыду, они умирают именно как мужчины, тем самым оправдывая мужественное ликование патриотических празднеств.
Но всё равно все они — убитые дети.
И я предлагаю вам: если уж мы хотим проявить искреннее уважение к памяти ста погибших детей Сан-Лоренцо, то будет лучше всего, если мы проявим презрение к тому, что их убило, иначе говоря — к глупости и злобности рода человеческого.
Может быть, вспоминая о войнах, мы должны были бы снять с себя одежду и выкраситься в синий цвет, встать на четвереньки и хрюкать, как свиньи. Несомненно, это больше соответствовало бы случаю, чем пышные речи, и реяние знамен, и пальба хорошо смазанных пушек.
Я не хотел бы показаться неблагодарным — ведь нам сейчас покажут отличный военный парад, а это и в самом деле будет увлекательное зрелище.
Очевидно, я — генетический урод, но младенцы не вызывают у меня никакого умиления. С детьми могу иметь дело после того, как им исполнится семь лет. По крайней мере, с этого возраста с ними можно разговаривать.
Cлайд с цитатой