Иван Храмовник

Другие цитаты по теме

И вечер и ночь, и снова где-то мы

стакан к стакану вперехлест,

а девушки, что пьют с поэтами,

прекрасней самых дальних звезд.

Нет никакого различия между истиной и действительностью — спроси любого поэта.

У Поэта

Шляпа улетела.

(И не диво: ветер в голове!)

Так взлетела, словно захотела

Воспарить в небесной синеве…

Догонять ее не стал Поэт -

Он с обидой закричал ей вслед:

— Ты куда, дуреха!?

Возвращайся!

Не спеши! Хотя бы попрощайся!

Так нельзя!

Ты слышишь или нет?

Я воскликнул: — Ты, наверно, спятил!

С кем ты тут беседуешь, приятель?

Ждешь, что шляпа шляпе даст ответ?

— Безусловно! — отвечал Поэт.

Отчего бы ей не говорить?

Говорить-то проще, чем парить!

— Так-то вот! -

Добавил он со злостью,

И в сердцах поддал беглянку тростью.

Он был прав,

Хоть в логике и слаб.

(Прав — насчет поэтов, а не шляп…)

— Сударыня, кабак — сущность души русского человека. Наше государство. Наша идеология. Любовь, если хотите. Всё сливается в едином угаре, звоне стекла и упоительном запахе солёных огурцов из деревянной кадушки, щекочущим тебе ноздри.

—  (Серьёзно кивнув.) Да вы поэт.

—  Ах, барышня. Как начертано на стене одной из общественных уборных близ селения Митино, «познать любовь и страсть поклонниц нам здесь, увы, не суждено... Среди говна мы все поэты, среди поэтов мы говно».

Можно закрыть глаза на действительность, но не на воспоминания.

Поэзия и литература вообще определяется не географией, а языком, на котором она создается.

Я испытала коварство

опубликованных строк.

И замолкала надолго,

глупую дерзость кляня...

Видно, не вышло бы толку

в ведомстве муз из меня...

Любите поэта при жизни,

Когда это так ему необходимо!

Он песни свои посвящает Отчизне,

Он пламенем ярким горит негасимо.

Он душу свою открывает пред вами,

Он сердце несёт на раскрытых ладонях,

В ответ получая летящие камни.

Полюбят его, лишь когда похоронят.

Действительность все же сильнее искусства: шелест конфетных оберток в руках моей соседки тревожил меня куда больше, чем преступление, совершенное Отелло.