Тяжко на душе. Чувство раздваивается: я ненавижу и презираю толпу — дикую, жестокую, бессмысленную, но к солдату чувствую всё же жалость: тёмный, безграмотный, сбитый с толку человек, способный и на гнусное преступление, и на высокий подвиг!
Народу Русскому: Я скорбный Ангел Мщенья!
Я в раны черные — в распаханную новь
Кидаю семена. Прошли века терпенья.
Я в сердце девушки вложу восторг убийства
И в душу детскую — кровавые мечты.
И дух возлюбит смерть, возлюбит крови алость.
Я грезы счастия слезами затоплю.
Из сердца женщины святую выну жалость
И тусклой яростью ей очи ослеплю.
Устами каждого воскликну я «Свобода!»,
Но разный смысл для каждого придам.
Я напишу: «Завет мой — Справедливость!»
И враг прочтет: «Пощады больше нет»...
Убийству я придам манящую красивость,
И в душу мстителя вольется страстный бред.
Меч справедливости — карающий и мстящий -
Отдам во власть толпе... И он в руках слепца
Сверкнет стремительный, как молния разящий, -
Им сын заколет мать, им дочь убьет отца.
Принявший меч погибнет от меча.
Кто раз испил хмельной отравы гнева,
Тот станет палачом иль жертвой палача.
Может быть, солдату всякий штатский кажется тем человеком, который нанимает его на убийство и вместе с платой взваливает на него и вину за смерть людей, а сам уходит от ответственности.
– Кого вы победите? – спросил Александр, входя в дом.
– Замышляем захват власти, – сообщила Кыса.
– О как! Утром еще все было как у людей, а вечером уже ГКЧП заседает. Мэтью, у тебя так было когда-нибудь в жизни, что ты утром на работу пошел, а вечером домой вернулся, а там государственный переворот?
Он не нашёл других методов. А они были? Я не знаю. Всем, кто выступает с критикой Сталина: а как бы вы сделали из неграмотной России что-то в том мире, который начался в двадцатом веке? Интеллигенция которой презирает свой народ, не хочет его знать. Народ рабов и немного интеллигенции, которая знает французский и немецкий, а на русский им наплевать. Сравнение революций и сравнение Сталина с Наполеоном. Наполеон уничтожил три поколения французов — начисто. Он уничтожил почти всю французскую культуру. А сегодня в Париже есть Пантеон. Никто так не пострадал от него, как французы, но они уважают свою историю. Пример Франции России тоже не помешает.
Могут сутки стоять в дозоре,
Плыть на лодке в бушующем море,
В цель любую попадут
И никогда не подведут.
Одно забывает поборник нового: пока он атакует, атака — его идеал. Только потом обнаружится, каково это — жить без идеала.
Cлайд с цитатой